Наркологический центр Харьков Киев

Звони сейчас:

+38(099)498 28 50
+38(093)633 19 05

Лицензия МОЗ Украины
№ 04\2911-М
от 29.11.2017

Рассчитать стоимость

FAQ - Наркологический центр "Вертикаль"

FAQ

Часто задаваемые вопросы

Ваш ребенок использует браузер Тор (Tor)?

Общество не стоит на месте. С ростом технологий и развитием цивилизации возникают новые коммуникационные системы. Но кроме положительного социального эффекта эта тенденция имеет множество негативных моментов. Появилось такое явление, как «темный интернет» (от англ. DarkNet – темная сеть). То, что запрещается при обычном использовании интернета, можно обойти при помощи его «темной» вариации. По большому счету, как и задворки в городах, задворки интернета представляют собой большую свалку. Это не качественно настроенные сайты, это неиндексируемые поисковыми программами страницы, это нелегальные торговые сайты. Через эти ресурсы проходит множество криминальных операций: торговля оружием, детской порнографией и конечно же наркотиками.

Существуют разнообразные программы и браузеры, позволяющие выйти в «темный интернет». Эти программы с определенной периодичностью меняют VPN адреса, что серьезно запутывает следы перемещения в интернете. В итоге многие используют эту технологию для нелегальной деятельности. Покупая наркотики, никто не увидит твоего лица, не узнает фамилии и места учебы или работы. Так же и для наркоторговцев этот бизнес становится относительно безопасным и конфиденциальным. В интернете даже предусмотрена специальная валюта – bitcoin. Такой денежный интернет номинал, опять-таки, помогает сохранять конфиденциальность. На текущем счете покупателя будет отражена покупка «биткоинов», а не приобретение незаконных препаратов.

Наиболее популярной программой, обеспечивающей не отслеживаемый интернет-серфинг является Тор (Tor). Через этот браузер проводится множество нелегальных финансовых операций, включая интернет покупки наркотиков. Если Вы заметили, что Ваш ребенок использует эту программу, стоит подробнее узнать для чего он это делает. Множество подростков за последние несколько лет перешли на модель интернет шоппинга. Все чаще в молодежной среде можно услышать такие слова как «клад» и «закладка». Как происходит сам процесс покупки и получения современных наркотиков (в основном это так называемые «спайсы» и «соли»)? Покупатель заходит в интернет магазин, переписывается с интернет поставщиком, договаривается на какой счет перевести деньги и после подтверждения перевода получает адрес с фото местонахождения наркотика. Из-за того, что наркотики разбросаны практически в каждом районе города, а получить их можно просто зайдя с телефона в интернет магазин, все больше людей «подсаживаются» на них.

Что же делать, если Вы заметили, что Ваш ребенок использует программу Тор, если с кредитной карты переводятся деньги на неизвестные счета, если в разговоре проскальзывают слова «закладка» и «клад»? Конечно, можно предпринять меры по пресечению выхода в DarkNet, при желании можно заблокировать программу Тор, поставить пароли на компьютер и «родительский контроль» за выходом в интернет. Однако, глобально проблему, если она уже возникла, это не решит. Зависимые люди, желающие употребить психоактивное вещество бывают очень изобретательными. Практика показывает, что простые запреты не эффективны, ограничения в финансах и душеспасительные беседы тоже не помогают. Нужно остановиться, пока человек не увяз в омуте употребления. Специалисты нашего центра предлагают квалифицированную помощь в вопросе лечении наркомании. Для начала необходимо конкретизировать проблему. На личной консультации с родителями клиента или с ним самим выясняются подробности употребления. Как часто, как долго и какое вещество он употреблял. Диагностировать сопутствующие заболевания. Проводятся тесты на определение стадии зависимости, первичной мотивации на лечение, реабилитационного потенциала — для определения индивидуальной программы выздоровления.

Программ, методик и приемов очень много, наркологи и психологи нашего центра специально подбирают подходящие именно Вам. Если Вы решили принять на себя ответственность за собственное счастье и здоровье, не откладывайте решение проблем на потом. Перезвоните нам прямо сейчас для бесплатной консультации. В любом случае Вы ничего не потеряете, а приобрести можете счастливую, качественную ЖИЗНЬ с http://rebcentr.com.ua

Как бросить наркотики ?

За время употребления наркотических веществ и алкоголя у большинства зависимых успели выработаться деструктивные жизненные установки. И касается это не только привычки к употреблению наркотиков и алкоголя. Это и привычка жалеть себя, потакать своим слабостям, укоренившаяся лень и отсутствие желания что-либо делать. Это и привычка перекладывать ответственность за свою жизнь и события, происходящие в ней на кого угодно, кроме себя. В своем алкоголизме обвиняют родителей, которые не смогли достойно воспитать и до сих пор не дают спокойно жить, начальство, которое не ценит талантов и приложенных усилий, обвиняют государство, в котором нет возможности обеспечить себе нормальную жизнь…

Программа реабилитации наркозависимых направленна на трансформацию мышления. На изменение потребительской модели на созидательную. На то, чтобы человек учился видеть возможности, вместо того, чтобы искать оправдания. Тут возникает парадоксальная ситуация: чем больше берет на себя ответственности человек, с которой успешно справляется, тем свободнее и увереннее в себе он становится.

Для того, чтобы вытеснить старые привычки, необходимо приложить огромные усилия. Часто можно услышать выражение: «Привычка – вторая натура». Зависимые люди как никто другой знают закономерность этой фразы, ведь из-за привычки к употреблению они буквально становятся другими людьми, происходит эмоциональная и интеллектуальная деградация, в итоге разрушается жизнь.

Итак, если попробовать просто остановиться в употреблении, не меняя образа жизни и мышления, если остаться в привычных условиях с накопившимися проблемами, долго трезвость не продлится.

В наркологическом реабилитационном центре «Вертикаль» особое внимание уделяют формированию новых навыков, привычки к упорядочиванию жизни, самодисциплине, умению решать задачи поэтапно, воспринимать конструктивную критику и брать на себя ответственность за собственную жизнь и выздоровление.

Все вышеперечисленные качества кажутся естественными и само собой разумеющимися для взрослого человека, однако на практике прийти к цельности личности оказывается сложно. Необходимо научиться признавать и исправлять свои ошибки, не бояться быть собой и отстаивать свою точку зрения, быть открытым и готовым к переменам.

Для того, чтобы направить и поддержать человека на пути лечения наркомании необходим такт, настойчивость, высокий уровень профессионализма, искреннее желание помочь человеку разобраться с проблемами, терпение и умение вдохновлять. Над этим работают сотрудники нашего центра, которые воспринимают свою деятельность не просто как необходимую работу, а видят в ней нечто большее, реализуют через нее свое желание оставить позитивный след в этом мире и воплотить свою жизненную миссию.

Краткосрочные подходы в лечении зависимости

Безусловно краткосрочные программы лечения наркомании и алкоголизма дают свой положительный результат. Они помогают при острых абстинентных состояниях, способствуют выведению человека из запоя и снятию «ломки». Обычно пациенты считают именно этот процесс лечением. Однако снятие абстиненции не исцеляет от заболевания алкоголизма либо наркомании. Если человек нацелен на долгосрочный результат – этих мер явно недостаточно. Так как болезнь аддикции охватывает не только физических аспект личности. Но также интеллектуальную, эмоциональную и духовную сферу личности. Именно поэтому необходим комплексный подход и рекомендуется прохождение реабилитации.

Кодировка

Обычно используется либо гипноз, как в методе Довженко, метод лазерного кодирования, либо выработка запрета на употребление спиртного через формирование условного рефлекса.

Подшивка

Это хирургическое вмешательство, в ходе которого человеку вживляется препарат пролонгированного действия. Наиболее часто в этих целях используются препараты на основе действующего вещества «дисульфирама», такие как Torpedo, Espiral и прочие похожие лекарства. Вещество через небольшой надрез помещают под кожу, обычно под лопатку или в ягодичную область. Таким образом обеспечивается длительный эффект действия препарата.

Немедикаментозное лечение алкоголизма при помощи гипноза

Используя этот метод, специалист производит корректировку поведения человека, направленную на снятие у пациента тяги к алкоголю и навязчивых мыслей о его употреблении. Важным моментом этого сеанса является его длительность и непрерывность (не менее двух с половиной часов). Сеанс должен заканчиваться наложением кода, который должен избавить человека от навязчивых мыслей об алкоголе и снизить тягу к нему. Ведется работа по укреплению силы воли и мотивации к трезвости. Человек становится убежденным трезвенником на период, который определяет для себя сам.

Программа «детокс»

Основными типами дезинтоксикаций являются ускоренная и обычная. Во время ускоренного детокса пациента погружают в сон, во время которого ему вводится антагонист опиоидных препаратов, который вытесняет остатки морфина из организма больного. Этот метод лечения наркомании и алкоголизма не является самым удачным выбором так как не избавляет человека от «ломки»». Пациент не испытывает боли только в период, пока он погружен в медикаментозный сон (около 8-12 часов). После того как он проснулся все симптомы синдрома отмены возвращаются с новой силой. Это и расстройство желудка, и депрессия, и бессонница, боль в суставах и остальные сопутствующие проблемы. Помимо этого, данный метод опасен для здоровья, так как провоцирует огромный стресс организма.

Классическая дезинтоксикация в отечественной медицине обычно занимает одну-две недели. На протяжении этого времени больной получает набор седативных средств в комплексе с поддерживающей терапией. Это позволяет ему проспать большую часть времени, которую он испытывал бы страдания, вызванные «ломкой», а также очистить и поддержать организм, ослабленный употреблением ПАВ. По окончании срока дезинтоксикации пациенту предлагается закрепить положительный результат приемом или подшивкой препаратов, блокирующих опиоидные рецепторы вроде Налоксона или Налтрексона.

Популярность краткосрочных методов лечения наркомании

Данные методы приобрели популярность по нескольким причинам. Во-первых, для некоторых пациентов они сработали в краткосрочной перспективе. Во-вторых, благодаря одной из особенностей зависимого человека, которому хочется «всего и сразу», эти методы кажутся наиболее экономными с точки зрения финансовых и временных затрат.

Статистические данные, касательно краткосрочных программ лечения от наркомании и алкоголизма, говорят о том, что большинство прошедших их участников возвращаются к их повторному прохождению вновь и вновь. Часто эти методы используются по десятку раз. Вновь и вновь возвращаясь к употреблению наркотиков, а затем и к повторному лечению от зависимости пациент теряет веру в возможность окончательного выздоровления, вызывает сильнейший стресс для организма.

Лечение наркомании и алкоголизма начинается с семьи

Алкоголизм и наркомания считаются «семейными» заболеваниями. Это конечно не означает, что, если один из членов семьи регулярно уходит в запои, все его домочадцы пьют вместе с ним. Бывают различные ситуации, от полного отвращения к принятию алкоголя у близких, до умеренного, не вызывающего негативных последствий употребления. Проблема заключается в другом. Живя бок о бок с зависимым человеком, ежедневно наблюдая разнообразные пьяные выходки и тяжелые последствия вызываемые неумеренным употреблением алкоголя, меняется образ жизни всех членов семьи.

Смириться с алкоголизмом и научиться счастливо жить в окружении злоупотребляющего человека практически невозможно. Родные и близкие испытывают целую гамму эмоций в связи с неадекватным поведением родственника. Могут появляться обиды, гнев, недоверие и страхи от общей непредсказуемости поведения алкоголика. Либо же напротив ощущение жалости и беспомощности перед его зависимостью. Ворох накопившихся негативных эмоций мешает спокойной и радостной жизни. Как можно расслабленно возвращаться домой с работы, не зная, что тебя там ожидает? Ведь, возможно – все. От скандалов с выяснением отношений, до выпивающей компании сомнительных личностей!

Очень важно уметь адекватно реагировать на подобные проявления зависимости у дорогого Вам человека, чтобы не вызвать реакции: «Напьюсь тебе на зло» или «Буду пить втихаря, ты ни о чем не узнаешь». Обычные попытки достучаться до разума выпившего человека часто не работают. Так, что же делать?

Лечение наркомании и алкоголизма начинается с семьи

Центр психологической реабилитации «Вертикаль» проводит терапевтические группы для созависимых. На этих собраниях квалифицированный психолог рассказывает о линии поведения с зависимым человеком, разбирает конкретные ситуации, возникающие в семье клиента, дает набор методов и приемов общения с ним, рассказывает об основах выстраивания границ с больным. Ведь, так или иначе от алкоголизма страдает не только сам алкоголик, но и те люди, которым приходиться постоянно жить с ним. Очень важно знать, как именно научиться пресекать манипуляции в свой адрес, какие действия могут вызвать ответную агрессию и желание изолироваться со стороны алкоголика, и, напротив, чем можно помочь ему в данной ситуации. Научившись быть счастливым самому, можно способствовать выздоровлению Вашего близкого!

http://rebcentr.com.ua/lechenie-alkogolizma-harkov/

Оздоровительные мероприятия

В условиях центра существуют широкие возможности оздоровления наших пациентов. Прежде всего мы стремимся привить людям, которые проходят лечение в нашем центре принципы активного и здорового образа жизни, принципы здорового соперничества, командного духа и товарищества; воли к победе и выздоровлению.

На территории центра есть футбольное и волейбольное поля, где есть возможность ежедневно проводить игры. Еженедельно проводятся турниры по футболу, волейболу, настольному теннису.

У каждого, кто проходит реабилитацию в нашем центре после восстановления состояния здоровья и купирования абстиненции есть возможность посещать спортзал, настольный теннис. Есть возможность программного физического развития с тренером.

После спортивных мероприятий наших клиентов ждет жаркая баня, которая находится на территории центра.

Проходить лечение и реабилитацию в условиях наркологического центра «Вертикаль» можно не только с пользой, но весело и активно. Для наших пациентов со сроками трезвости от месяца и больше мы регулярно организовываем выезды, спортивные и оздоровительные мероприятия различных направлений:

  1. Коллектив нашего центра на постоянной основе сотрудничает с двумя пейнтбольными клубами города. Периодически проводятся командные игры между нашими клиентами, а так же командами клубов;
  2. Выезд на байдарки на реки Харьковской области. Массу впечатлений и огромный запас здоровья дают нам периодические выезды на покорение рек Харьковской области;
  3. Мы сотрудничаем с клубом парашютного спорта в городе Харькове. Тем, кто готов попробовать себя в этом есть возможность обучения и прыжков с разной высоты и различной экипировкой;
  4. Турниры по минифутболу на арендованном поле тренировочной базы ФК «Металлист»;
  5. Конный спорт. Обучение и регулярные выезды на конные прогулки, обучение и прекрасное времяпровождение с этими чудесными умными животными;
  6. Рыбалка и выезды на пляжи на оборудованные пруды Харьковской области. Для заядлых рыбаков есть возможность взять с собой свои снасти;
  7. Помимо этого наш центр сотрудничает с детскими домами Харькова. Наш коллектив и пациенты с радостью помогают детям, лишенным части необходимого им внимания, получая заряд радости, хорошего настроения и обучаясь помогать тем, кто в этом нуждается;

Наш наркологический реабилитационный центр «Вертикаль» имеет все возможности прививать нашим пациентам понимание здорового и активного образа жизни, обучать тому, как здорово и интересно отдыхать трезво.

Особенности повторного лечения. Срывники в программе реабилитации

Особенности повторного лечения. Срывники в программе реабилитации

Если так случилось, что вы столкнулись с проблемой наркомании или алкоголизма среди близких вам людей, то наверняка вы слышали про реабилитацию , возможно встречались с людьми, которые провели какое-то время в реабилитационном центре. Может быть так, что ваш близкий человек уже проходил реабилитацию в одном из центров, религиозной или мотивационной направленности.

Часто вы могли слышать негативные отзывы о том или ином учреждении, слышать истории про то, как люди, которые провели месяцы на лечении, снова и снова срываются и начинают употреблять. В самом худшем случае, член вашей семьи или близкий друг уже несколько раз «был в центре», возвращался домой и после короткого времени трезвости он снова начинал пить или принимать наркотики. Возможно вы уже отчаялись и безмерно устали от этих, кажется, нескончаемых циклов, не верите в возможность выздоровления для зависимого человека, обещаниям наркологических клиник и готовы опустить руки…

В своей работе мы используем авторскую методику психотерапевтической работы с пациентами, имеющими опыт неудачных попыток реабилитации. При поступлении в лечебную программу – в первую очередь проводится психологическая диагностика, анализ, причины срыва после предыдущих попыток лечения. Ведется проработка симптомов которые могут привести к рецидиву заболевания после завершения процесса лечения.

Также все наши пациенты получают пакет бесплатной психологической поддержки после стационарной курса психокоррекции. Человек не остается наедине со своими проблемами. В любое время он может обратиться за квалифицированной психологической поддержкой и получить ее!

Уже более восьми лет коллектив нашего центра занимается психологической и социальной реабилитацией алко- и наркозависимых людей. Мы используем инновационные технологии и авторские методики ведущих реабилитационных программ мира ( Миннесотская модель и Терапевтическое сообщество), наши консультанты по химической зависимости, психологи, социальные педагоги и врачи имеют колоссальный опыт по возвращению людей в общество и семьи, даже в самых тяжелых случаях.

Нет безнадежных случаев. Мы используем строго индивидуальный подход к каждому пациенту нашего центра, руководствуемся принципом «лечить больного, а не болезнь». Опираясь на мировой опыт возвращения к трезвой и успешной жизни людей, которые попали в зависимость, мы можем сказать, что шанс на выздоровление есть у каждого.

Каждый человек – особенная, неповторимая личность. Мы это знаем. У каждого свой путь к выздоровлению и мы всегда готовы помочь человеку в его пути.

Лечение наркомании анонимное лечение алкоголизма вызов нарколога на дом Харьков Вывод из запоя на дому Лечение от соли лечение от курительных смесей профессиональное лечение нарко-алко зависимых в Харькове

Пособие для родных и близких наркомана, алкоголика

Созависимость — умение любить

Пособие для родных и близких наркомана, алкоголика

Как показывает практика, созависимые часто отказываются от сотрудничества с врачом или не выполняет рекомендаций врача, если они даются без достаточного обоснования. В предлагаемом тексте делается попытка подвести достаточное обоснование под предлагаемые рекомендации, а главное — убедить родных и близких больного в необходимости сотрудничества с врачом.

Глава 1. Невидимая часть болезни

То, что жена, родители принимают за болезнь, в действительности является только ее половинкой.

Самое трудное в лечении наркомании и алкоголизма — это лечение… родителей наркомана или алкоголика. Допускаю, что звучит это неожиданно, но это действительно так. Они искренне заблуждаются, полагая, что тяжело болен их сын. Нет! В действительности тяжело больна вся семья! И родители наркомана больны не менее, чем он сам, даже если и не хотят признать этого. Некоторые из них полагают, что наркомания — это такая болезнь, при которой человек использует одурманивающие вещества, чтобы испытать опьянение, кайф, вследствие чего происходят определенные биохимические изменения в его организме, что называют синдромом физической зависимости. Они полагают, что болезнь — это шприцы и дозы, это мутные глаза и попытки свести счеты с жизнью, это страшные ломки, комы и передозировки. В этих состояниях совершаются самые страшные поступки. Эти состояния производят самое сильное и тяжелое впечатление на родных и близких. Возможно, именно поэтому некоторые родители полагают, что такими проявлениями исчерпывается вся клиника синдрома зависимости. И это действительно часть болезни, но только очень маленькая. Некоторые родители, принимая малую часть за всю болезнь, обманываются в происходящем. Исходя из таких ложных посылок, они и лечат своего сына соответствующе — лекарствами, процедурами детоксикации, «чистками», биологически активными добавками — и разочаровываются в лечении, так и не начав его.

А если присмотреться внимательнее? Более пытливые родители заметят, что и вне опьянения, и вне «ломки» поведение их сына значительно изменено. Он неуравновешен, вспыльчив, депрессивен, ночами не спит. Он не может нормально работать, его мысли далеко, вне семьи. А если он и вспоминает о родителях, то только чтобы «выкачать» из них побольше денег, чтобы его одели, накормили, чтобы позаботились о нем. При первой же возможности он вспоминает о наркотиках (об алкоголе), а скорее и вовсе не перестает о них думать. Он лжив, изворотлив, хитер, жесток и способен проявить огромную силу воли для того, чтобы достать очередную дозу. Все это проявления синдрома психической зависимости. Родители наркомана (алкоголика), сумевшие распознать психологическую зависимость, уговорив, ведут сына на прием к врачу- психотерапевту. Но и такое лечение иногда дает только краткосрочный результат, что разочаровывает родителей еще больше. Так чего же не хватает для успеха?

А дело в том, что большой наркоманический синдром, состоящий из синдромов физической и психологической зависимости, — это только половина болезни. А другая половина — это то, что я называю синдромом родительской зависимости. Даже когда речь идет о супружеских отношениях, жена в таких случаях берет на себя роль мамы по отношению к своему мужу. Чаще это состояние обозначают термином — созависимость. Вот это как раз то, что вы не лечили, то, что не позволяет достичь стойкого и прочного успеха.

Алкоголизм и наркомания как болезнь — это не только процесс одурманивания и поиска средств на наркотики, это не только ломки и страдания наркомана. Едва ли не наполовину болезнь состоит из реакции родителей на действия и поступки больного сына, которая может быть как здоровой, так и болезненной. Если реакция родителей адекватная, здоровая, правильная, то проблема решается, сын отказывается от наркотиков (алкоголя). А если реакция ошибочная или даже болезненная, проблема усугубляется, и болезнь сына быстро прогрессирует.

Поскольку наркомания представлена множеством симптомов, а на каждый из симптомов родители наркомана могут по-разному, но ошибочно реагировать, то синдром родительской зависимости представляется мне самым сложным и большим. А учитывая то, что созависимость еще и предшествует алкоголизму и наркомании, закреплена по времени и сама по себе является одним из самых важных пусковых механизмов болезни, то, на мой взгляд, по весу, объему и значимости занимает до половины клинической картины всей болезни.

Надо сказать, что наркомания, алкоголизм — синдром зависимости, это болезнь многопричинная. Самые разные факторы риска или разные сочетания таких факторов могут запустить алкогольную болезнь (наркоманию). Например, такие факторы, как ослабленность организма каким-то заболеванием, последствия черепно-мозговых травм, родовые травмы. Это могут быть последствия больших стрессов, таких, как служба в армии, горячих точках, потеря близких. Наконец, бытовая неустроенность, последствия хронических стрессов в семье или на работе, несоблюдение режима труда и отдыха, пьющий коллектив на работе, подростковая компания с «отрицательным» лидером, генетическая предрасположенность и др. Но генетическая предрасположенность, как и другие из перечисленных факторов риска, никогда не являлась существенным фактором для формирования болезни!

Есть еще один фактор, который по весу, объему и значимости занимает среди других около 60 %, — это созависимость. Это то, без чего алкоголизм и наркомания никогда не состоятся. У несозависимых, здоровых родителей дети просто не могут заболеть наркоманией. И напротив. Если в семье кто-то болен алкоголизмом или наркоманией, значит, у других членов семьи обязательно есть созависимость.

Глава 2. Чудовище на трех ногах

О том, что алкоголизм, наркоманию можно рассматривать как болезнь человека, семьи, общества.

Алкоголизм. Наркомания. Синдром химической зависимости. Эти слова в сочетании с именем сына или дочери вызывают холод в груди, замирание сердца, леденящий страх. Сколько жизней унесла эта болезнь. Сколько душ похитила. Кто-то смог отказаться от наркотиков, от алкоголя, вырваться из удушающих объятий смерти и с ужасом вспоминает о том времени как о кошмарном сне. Однако больше изломанных, раздавленных, уничтоженных болезнью. Почему родители не смогли помочь детям справиться с болезнью? Почему усилия жен были тщетны? Как не повторить их ошибок?

Чтобы избежать опасности, нужно ее идентифицировать. Но как увидеть, потрогать, взвесить химическую зависимость? На первый взгляд, кажется, что это проблема абстрактная. Где она, болезнь? В голове или в сердце? А может быть, болезнь имеет какую-то химическую формулу? Возможно, болезнь в нехорошей компании, в друзьях? Или это изменения обмена веществ? Болезнь в наркоторговцах или в шприцах? В пивных ларьках?

Лично мне болезнь представляется чудовищем на трех ногах. Чудовище, при первом взгляде невидимое, поселившееся в душе человека, способное держаться обычно только на трех точках опоры. И достаточно выбить любую из трех подпорок, чтобы синдром зависимости рухнул. А если родители хотят, чтобы это произошло как можно быстрее, менее болезненно для наркозависимого, то нужно лишить болезнь не одной, а сразу двух точек опоры.

Первая опора болезни находится в самом больном. Это большой наркоманический синдром, состоящий, в свою очередь, из синдромов физической и психической зависимости.

Вторая опора болезни — макросоциум, больное общество, в котором мы живем, с его не всегда здоровым укладом, с антигуманными, писаными и неписаными правилами и законами, с его, порою волчьими, отношениями между людьми. Поэтому алкоголизм и наркоманию относят к группе социальных болезней. Их распространенность в обществе определяется направлением и мероприятиями социальной политики.

Третья опора — это микросоциум. Это больная семья наркомана. Это упорство родителей в отстаивании своих ложных взглядов и ошибочных убеждений, благодаря которым болезнь нашла гнездо именно в их семье, поселилась в душе именно их сына и быстро прогрессирует.

Чтобы выбить первую опору, надо провести лечение большого наркоманического синдрома. В легких случаях это разовое вмешательство, а в запущенных случаях — длительная, сложная и дорогостоящая процедура, состоящая из нескольких этапов. На первом этапе нужно снять проявления физической зависимости, что с высокой степенью надежности выполняется только в условиях наркологического стационара и представляет из себя массивное лекарственное вмешательство. На следующем этапе проводится купирование психологической зависимости. С этой работой справится только врач-психотерапевт или психиатр-нарколог. Однако этим далеко не исчерпывается курс лечения по поводу синдрома зависимости. После того как сняты проявления физической и психической зависимости, после того как снято влечение к психоактивным веществам, нужно снимать сопутствующие изменения в эмоциональной сфере, чтобы без наркотиков пациент не страдал и не мучился, а чувствовал себя лучше, чем в алкогольном или наркотическом угаре. А вслед за этапом медицинской последуют этапы социальной и психологической реабилитации.

Таким образом, выбивается первая точка опоры. Согласен, что все это сложно, громоздко и иногда длительно. А можно ли сделать проще и эффективнее? Можно. Можно упростить, сократить и удешевить лечение, если у болезни одновременно выбить вторую точку опоры — изменить макро- или микросоциум, изменить отношения в окружающем мире, в обществе или изменить отношения в семье.

Позволить себе изменить отношения в окружающем наркомана мире может не каждый из родителей. Для этого надо быть очень богатым, волевым или влиятельным человеком. Но, теоретически, такая возможность существует. Например, родители могут сменить наркоману гражданство, сделать его подданным страны, где гуманно относятся к здоровью своих граждан, где, с одной стороны, обеспечены механизмы раннего выявления болезни и принуждения к лечению, а с другой стороны, создано множество социальных гарантий для слабых и больных. Или другой способ. Если отец наркомана начальник милиции или преступный авторитет в каком-то «уездном» городе, он может провести разъяснительную работу среди местных наркоторговцев, и те будут шарахаться от его сына, как от прокаженного. Наконец, можно забраться далеко в тайгу, как семья Лыковых, и в таежном тупике подождать, пока в России не проведут столь необходимые социальные реформы, пока власть не станет гуманной и не обеспечит населению реального права на жизнь, декларированного Конституцией. Однако для большинства родителей эти варианты нереальны и относятся скорее к области фантастики.

Таким образом, остается еще одна точка опоры болезни — больная семья наркомана, ошибочная реакция родителей на проявления болезни. Представьте себе, что для исцеления сына родителям достаточно изменить себя, свои взгляды на проблему отношений в семье, свое поведение и свои поступки. Да, да! Все действительно так просто! Первая реакция родителей на такое предложение — эмоциональная. Они с радостью и надеждой немедленно и сразу же соглашаются выполнить все рекомендации врача. Они торжественно обещают и клянутся, что сделают все, что скажет врач, что выполнят все необходимое для спасения сына. И этот настрой сохраняется до того момента, пока рекомендации не будут озвучены… Вы видели, что происходит с воздушным шариком, когда из него выпускают воздух? То же самое происходит и с родителями наркомана.

Надежда на успех тут же угасает. Они, так и не попробовав, отказываются действовать согласно предложенному врачом плану. Нарушают свои же клятвы и обещания, прикрываясь отговорками вроде: «Мы все это уже пробовали», или «Мне его жалко», или «Я его боюсь», или «Это не поможет», или «Если я все это сделаю, то он может погибнуть». И родители наркомана (в который раз!), разочаровываются в лечении, не то что не закончив курса, а даже и не начав его. Но позвольте, утверждение родителей о том, что они «уже все это пробовали» не выдерживает никакой критики. Они, конечно, кое-что пробовали предпринять, но не все, не так, в других условиях и без помощи врача. При этом они действовали импульсивно, непоследовательно и не доводили начатое до конца.

Родители, опасающиеся агрессивной реакции наркомана, должны представлять себе, что болезнь быстро прогрессирует и, если не выполнять рекомендаций, уже через год-два они увидят по настоящему звериное обличье этой болезни.

Опасения того, что будет еще хуже или что сын может погибнуть, вполне обоснованы. Но это может произойти не потому, что родители следовали советам врача, а потому, что стали действовать с большим опозданием.

Наконец о том, чего стоит заклинание, что «это не поможет». Как они могут знать, если не выполнили рекомендаций врача?

В следующих главах я берусь доказать, что спасение жизни наркомана действительно в руках родителей, преодолевших созависимость, поборовших болезнь в себе.

Глава 3. Поверить в собственные силы

О том, что у родителей (жены) есть все необходимое, чтобы справиться с болезнью.

Все в природе устроено мудро. За осенью следует зима. За зимой весна. А там и лето порадует нас солнечными деньками. Все последовательно, все логично. Бывают и неожиданности, бывают и сюрпризы. Но при всей кажущейся случайности их проявлений, они тем не менее предопределены всем ходом событий. Точность, с которой они могут быть предсказаны, вытекает из незыблемости законов природы и мироздания и определяется степенью познания, степенью изученности этих законов человеком.

Медицина вообще, и наркология в частности, — наука достаточно точная, а это значит, что в ней все можно измерить и любой результат можно предсказать с большей или меньшей погрешностью. Наркомания, как и другие болезни, протекает по законам природы человека, достаточно хорошо познанным и проверенным практикой, поэтому не представляет угрозу здоровью общества в целом… в гуманном демократическом государстве. Больше того! Уровень развития медицинских знаний позволяет вернуть к нормальной, здоровой жизни подавляющее большинство наркозависимых.

Позволяет, но не возвращает! Реалии нашей жизни далеки от идиллических картинок. К сожалению, прогноз болезни для большей части наркозависимых в нашей стране неблагоприятный. И происходит это не потому, что наши специалисты слабо подготовлены и не могут встретить страшную болезнь во всеоружии. Напротив. Берусь утверждать, что отечественные наркологи и психотерапевты, занимающиеся проблемой синдрома зависимости, имеют огромную практику и неоценимый опыт работы, что позволяет им быть лучшими в своей области знаний.

Тогда почему же проблема наркомании, зависимости от наркотиков стоит в нашем обществе так остро? Почему достаточно хорошо изученная болезнь уносит так много молодых жизней и представляет угрозу здоровью населения целой страны? А потому что наркомания и алкоголизм — болезни социальные. Их распространенность и скорость течения целиком и полностью предопределены направлением и мероприятиями социальной политики. В группе социальных заболеваний, таких как туберкулез, венерические болезни и другие, по количеству унесенных жизней и масштабам вреда для здоровья синдром зависимости занимает почетное, бесспорно, главное место в России. И действительно, вспомните о недалеком прошлом нашей страны, когда в СССР были случаи наркомании, но не было явления, представлявшего угрозу здоровью всего населения. Попытки списать опыт успешного контроля над наркологическими заболеваниями на особенности тоталитарного режима беспочвенны, так как эта проблема успешно решается и во множестве других стран с самым разным государственным устройством: в Японии и Китае, в США и Канаде, в Польше и Афганистане, в Израиле и Ираке. И только в отношении России Всемирная организация здравоохранения сделала вывод о том, что потери населения являются беспрецедентными для мирного времени.

Но что могут родители, если даже государство расписалось в своей беспомощности? Первое — это поверить в себя. Поверить в то, что своих собственных сил вполне достаточно для решения этой задачи, для того, чтобы помочь детям справиться с болезнью и вернуться к нормальной, здоровой жизни. Оснований для такой оптимистической позиции много. С одной стороны, в руках родителей находятся все рычаги влияния на больного. Возможно, они и не подозревали о некоторых из них, и не знали, как эффективно пользоваться ими. Но поверьте, таких рычагов много и они достаточно действенны, чтобы эффективно влиять на поведение наркозависимого члена семьи. С другой стороны, у сына или дочери есть слабые стороны, о которых родители знают лучше кого бы то ни было. Наконец, есть врачи-специалисты, располагающие профессиональными знаниями о болезни, есть опыт успешного решения проблемы у других больных, есть люди — друзья, родственники, сотрудники по работе и некоторые соседи, — готовые откликнуться и помочь в беде.

А что противостоит родителям? Тяжелая болезнь, поселившаяся в теле сына, пустившая корни в семье. Болезнь тем не менее предсказуемая, протекающая по определенным законам природы человека, изменить которые ни врач, ни родители не в силах. Но они могут использовать знание этих законов, чтобы помочь сыну отказаться от наркотиков или алкоголя навсегда.

Глава 4. Желание помочь на уровне поступков

О том, что слова созависимых иногда расходятся с делом.

Итак. С одной стороны — болезнь, которая лечится (и тому немало примеров), серьезная, но решаемая проблема, а с другой стороны — здоровая часть личности наркомана, любящие и сильные родители, готовые на все для спасения жизни сына, врачи-специалисты, друзья и родственники, способные откликнуться на просьбу о помощи советом и делом. Кто кого? Шансы на успех в этом деле для трезвых и ответственных родителей даже в запущенных случаях я оцениваю как четыре к одному. Было бы желание помочь близкому человеку.

Родители скажут, что желание спасти сына было и есть, что желание очень большое, но «воз и ныне там». Болезнь прогрессирует, положение усугубляется, несмотря на все старания. В чем же дело? Наверное, дело в том, что родители и врач по-разному понимают это выражение. В понимании врача «желание спасти сына-наркомана» — это не пустые и бесплодные мечтания глядя в потолок, это не слезы в подушку. Нет. Это четко определенная последовательность действий и поступков, необходимых для решения проблемы. Это способность взять ответственность за все, что случилось с сыном, за то, что с ним случится в будущем, за все, что происходит в семье, на свои плечи.

Что касается последовательности действий, то тут все просто и не вызывает каких-то возражений родителей… пока не доходит до дела. Действительно, для успеха требуются самые элементарные, на первый взгляд, вещи:

Первое. Родителям необходимо собрать все доступные сведения о болезни, ознакомиться с популярной литературой по этому вопросу. И, судя по тому, что вы читаете этот текст, первый шаг к успеху вы уже делаете. Но почему до настоящего времени у родителей нет достаточного для решения проблемы объема информации? Вопрос риторический.

Второе, что следует предпринять, это выяснить, какой подготовкой и квалификацией должен располагать специалист, способный помочь в решении этой проблемы. При всей очевидной необходимости этого шага, притом что сын болен не один месяц, а возможно, и не один год, родители алкоголика или наркомана, как правило, имеют самое смутное представление по этому вопросу. Они удивляются, узнав, что на разных этапах лечения требуются разные специалисты, что лечебный процесс при алкоголизме — иногда, а при наркомании — всегда, это не какая-то разовая процедура. Спрашивается, почему до настоящего времени такие сведения не собраны? Вопрос, требующий ответа.

Действие третье. Выбрать лечащего врача и после составления плана лечения, до полного успеха, четко и безукоснительно выполнять все его рекомендации. Может ли лечащий врач наркомана утверждать, что родители выполнили все его рекомендации? Если да, то больной пойдет на поправку. Если нет, болезнь будет прогрессировать.

План действий прост, как три аккорда, эффективен, как аспирин, и не вызовет возражений ни у какого здравомыслящего человека. Тогда почему он не претворен в жизнь родителями наркомана? Почему они, при всем желании помочь сыну на словах, не предпринимают достаточно эффективных мер для его спасения на уровне поступков? Напомню, в клинике этой болезни, а значит, и в поведенческом ответе родителей на ее проявления все патологически логично, все предсказуемо. Причина тому — созависимость, синдром родителей наркомана (алкоголика).

Так какой же специалист поможет избавиться от смертельно опасного недуга? Коль речь идет о лечении алкоголизма или наркомании, то, естественно, врач психиатр-нарколог. А в наркологии основной метод лечения — это психотерапия. Важнейшие лечебные задачи — формирование у пациента мотивации к трезвой жизни, критичного отношения к своему состоянию и болезни, установки на трезвость, желания решать проблему до конца — выполняются только средствами психотерапии. Иглоукалыванием, лазером, приборами и лекарствами это не делается. Таблетку от алкоголизма и наркомании еще не придумали. Влечение к алкоголю и наркотикам на годы лекарствами не снимается. Нет таких лекарств, которые бы действовали годами. Это тоже делается только психотерапевтически.

Но бывает, что врач психиатр-нарколог специализируется на лечении неотложных состояний в клинике болезни — «обрывает запои», «снимает ломку», а психотерапевтические методы в своей работе применяет ограниченно. Это значит, что кому-то он сможет помочь в радикальном лечении болезни, а кому-то не сможет.

Еще алкогольную болезнь лечат психотерапевты. Такие специалисты указывают в рекламных объявлениях, что лечат от экземы, псориаза, нейродермита, гипертонии, ожирения, а заодно и от алкоголизма. Но если такой врач не имеет подготовки в области наркологии, то, возможно, он не знает нюансов алкогольной болезни. Это значит, что кому-то он сможет помочь, а кому-то не сможет.

Наилучшие результаты будут у врача, предъявившего вам два сертификата, психиатра-нарколога и психотерапевта, и лицензию на соответствующий вид деятельности.

На прием обратился мужчина: «Доктор, наверное, меня лечить бесполезно. Я уже раз десять лечился: гипнозом, кодированием, иглоукалыванием, лазером, уколом, подшивкой — по всякому. Два-три месяца стисну зубы, держусь трезво, потом срываюсь». Я спрашиваю: «А по какому виду деятельности вам предъявляли лицензию?» Отвечает: «Лицензии я не видел». То есть, он разочаровался в лечении, хотя еще ни разу!!! не лечился у специалиста!

На приеме мама алкоголика: «А мы уже два раза обращались именно к специалистам с лицензией. Но лечение было безуспешным». Спрашиваю: «А какие рекомендации они вам давали?»

— Да были рекомендации. Мне советовали поступить так-то и так-то.

— Так вы выполнили эти назначения специалистов?

— Нет, не выполнила.

— Но почему?

— Потому что мне жалко сына!

В этом случае речь идет не о безуспешном, а о самовольно прерванном лечении и отказе мамы от сотрудничества с врачом. Неужели наркологу не жалко ее сына? Главная заповедь врача — не вреди. Он не посоветует того, что может навредить ее сыну. Тем более что рекомендации у специалистов всегда одинаковы. Не доверяете врачу Зайцеву, обратитесь к врачам Иванову, Петрову, Сидорову — и там вы услышите те же самые рекомендации. Не доверяете врачам в своем городе, поедете в любой другой — и у специалистов вы услышите те же самые рекомендации. Не доверяете российским врачам, поедете на лечение за границу — и там вы услышите то же самое. Ну не могут врачи всей планеты ошибаться. Упорство в отстаивании своих ложных взглядов — один из признаков созависимости. В этой брошюре я попытаюсь доказать верность таких рекомендаций.

Глава 5. Как вырастить болезнь…

Глава о том, что болезни всегда предшествует особое состояние — наркогенная готовность.

Наркомания, синдром зависимости от легальных (алкоголь) или нелегальных наркотиков, вырастает не на пустом месте. Нужно немало потрудиться на ниве семейной педагогики, чтобы подготовить почву для болезни, чтобы сформировать у сына или дочери наркогенную готовность — психологическую готовность к приему алкоголя или других наркотиков.

Если у человека нет наркогенной готовности, он никогда не станет химически зависимым. Как бы жизнь его ни била и ни бросала, какие бы жестокие испытания ни выпали на его долю, и даже при самой отягощенной наследственности, его рука не протянется за рюмкой, за шприцем. В том-то и дело, что стрессы и наследственность, в отличие от воспитания и влияния семьи, не являются существенными факторами для формирования болезни. Начало наркомании, алкоголизма всегда следует искать в детстве. Чтобы сделать своего ребенка наркоманом или алкоголиком, надо воспитать в нем эгоизм и привить ему ложную систему ценностей. Эгоистическую личность выращивают, используя чаще один из двух видов крайнего, дефектного воспитания — гипо- или гиперопеку.

При гипоопеке родители мало времени и внимания уделяют своим детям, так как сами заняты пьянством или другими «важными» делами. Беспризорник, не найдя любви и внимания дома, будет искать их на улице. А на улице он найдет только наркотики и алкоголь. Но гипоопека возможна не только в семьях алкоголиков, а также и во внешне благополучных семьях, где родители заняты зарабатыванием денег, строительством карьеры, гаража, дачи и т. д., а на ребенка у них просто нет времени. Они откупаются от него деньгами, велосипедом, игрушками, модной одеждой. Но ребенку нужно не это. Ему нужно, чтобы его обняли, чтобы с ним поговорили, чтобы его поняли и поддержали, чтобы его любили. В условиях дефицита родительского внимания и любви вырастает эгоист, способный, как и родители, заниматься только собой, а к родным и близким проявляющий только формальное внимание.

При гиперопеке родители балуют ребенка чрезмерной заботой. Все преподносится ему на блюдечке с голубой каемочкой. Стоит ребенку только пискнуть, стоит только обиженно скривить губки, стоит ему проявить малейшее неудовольствие, едва возникнут какие-то трудности, а мама или папа, бабушка или дедушка уже тут как тут: «Не волнуйся, я рядом. Я все сделаю за тебя. Я себе в последнем откажу, себя не пожалею, а для тебя все сделаю». В оранжерейно-лелейных условиях трудно не стать эгоистом. Однако, столкнувшись с проблемами взрослой жизни, такой человек будет совершенно не готов к их преодолению. Он будет испытывать эмоциональные перегрузки, справиться с которыми поможет алкоголь или другой наркотик. Спасибо родителям.

Однако вырастить ребенка эгоистом не всегда достаточно для того, чтобы он спился или стал наркоманом. (И мы знаем немало примеров из жизни, когда эгоист не пьет и не курит, а напротив, занимается физкультурой и укреплением собственного здоровья.) Еще нужно привить ему ложную систему ценностей. С этой задачей успешно справляются средства массовой информации. Они изображают героя нашего времени как жулика, укравшего много денег и сбежавшего за границу, как убийцу с добрым сердцем и большой душой, как черствого человека, равнодушного к чужой беде, как бабника, предающего свою жену и детей.

Подросток, принявший на веру такую систему ценностей, во взрослой жизни будет жестоко разочарован. Он узнает, что за воровство строго наказывают, что убийцу сжигают адовы муки совести, что равнодушный человек обречен на одиночество. Как средство выхода из душевного кризиса, он использует алкоголь и наркотики.

Глава 6. Кто виноват?

Глава о том, что для осознания созависимости нужно взять ответственность за происходящее в семье на себя, а не искать виноватых на стороне.

Итак, болезнь уже сформирована, лечиться и жить трезво больной не собирается. Он говорит: «Я не алкоголик. Захочу и сам брошу пить, а не захочу — никакое лечение не поможет. И вообще, я в лечение не верю!» Между тем болезнь быстро прогрессирует и утяжеляется. Неужели все так безнадежно? Почему все в моей семье сложилось так, а не иначе? А как в других семьях? Почему дети, выросшие в одном дворе, учившиеся в одной школе, у одних родителей живут трезво или употребляют спиртные напитки умеренно, а мой сын злоупотребляет алкоголем? Почему одна женщина вышла замуж за пьющего, и рядом с ней он отказался от алкоголя. А другая выходила за трезвого, и рядом с ней он все чаще и чаще стал прикладываться к бутылке и у него сформировался алкоголизм? Так кто же виноват? Кто несет ответственность за то, что происходит в моей семье? Может быть, государство, которое спаивает; врачи, которые плохо лечат; друзья, которые наливают, или неспокойная работа? Но такая позиция вам ничего не даст. Государство изменить вы не сможете. Врачи имеют одинаковую подготовку и в работе используют единые стандарты, а других, особенных врачей вы не найдете. Благодаря огромной практике российские наркологи лучшие в мире и могут делать то, что врачам других стран и не снилось. Друзей мы выбираем себе сами. И можем выбрать трезвых или пьющих. А кроме того, друзья не имеют такого влияния на человека, как семья, как жена или мама. Влияние жены или мамы всегда неизмеримо больше, чем влияние любого друга, любой компании. Это даже нельзя сравнить. На работе пьют далеко не все, а значит, дело и не в работе.

Если рассматривать алкоголизм, наркоманию как болезнь одного человека, то положение кажется безвыходным. И действительно, что мы можем сделать, когда он не хочет лечиться, а принудительное лечение или принуждение к лечению наше государство, в отличие от других цивилизованных стран, почти не применяет? Но если алкоголизм и наркоманию принимать за болезнь всей семьи, то положение из безвыходного становится совершенно нормальным, контролируемым, и вот почему.

Семья — это устойчивая замкнутая система. А коли так, то поведение взрослых членов семьи всегда (!) взаимосвязано и взаимообусловлено. И достаточно одному члену семьи изменить свое поведение, как обязательно изменится поведение других членов. Изменять таким образом поведение химически зависимого человека можно в любом направлении. Например, жена или мама может действовать таким способом, что муж или сын будет впадать в еще большую зависимость от наркотиков, алкоголя. Именно так и действуют созависимые. Однако можно действовать как-то иначе, и тогда близкий человек примет решение лечиться и жить абсолютно трезво. Иногда на изменение поведения созависимых следует немедленный ответ, и больной тотчас или в ближайшее время отказывается от алкоголя или других наркотиков. Однако ответ бывает отсроченным по времени до нескольких месяцев (обычно не более года), и от родных и близких требуется большое мужество и терпение, чтобы преждевременно не разочароваться и выдержать достаточную паузу для получения нужного результата — трезвости.

Выходит, ответственность за то, что происходит в моей семье, несу я сам? Значит, это мои ошибочные действия привели к формированию болезни у близкого человека и не дают ей угаснуть? Изменить себя — это в моих силах, это реально. А как, в чем и насколько себя изменить, чтобы сын (муж) отказался от алкоголя (наркотиков) подскажет врач. Осознать у себя созависимость — это значит взять ответственность за все, что происходит в моей семье, с моими близкими, на свои плечи. Но созависимые не хотят этого делать. Они упорно отстаивают свои ложные убеждения и перекладывают ответственность на пьющего человека: «Он пьет и лечиться не хочет, а я что могу сделать?»

Вот он такой-сякой, так плохо себя ведет, а я в белых одеждах, а я бьюсь как рыба об лед, а я вроде как бы ни при чем. В действительности все не так. Ответственность за все, что происходит в семье, всегда делится поровну. Есть ответственность за пьянство на муже? Есть! Но вторая половина ответственности лежит на жене… Есть ответственность за употребление наркотиков на сыне? Конечно, есть! Но другая часть ответственности лежит на родителях. Если спивается какой-то Педро Антонио из мексиканского сериала, то мы ничего не можем сделать. Это же по телевизору или далеко в Мексике. Как мы можем повлиять на ситуацию? Если же речь идет о близком мне человеке, с которым я живу под одной крышей, в одной квартире, да даже если в одном городе, то имею ли я право принять участие в его судьбе? Имею ли я право обратиться к врачу и выполнить все его рекомендации? Да не просто имею, а обязан это сделать. И если я до сих пор этого не сделал, то на это есть причина. А называется она — созависимость.

Дело в том, что с определенного этапа заболевания, а именно с середины первой стадии, химически зависимый человек уже не может содержать свою болезнь. Она может только паразитировать на чувствах родных и близких. Но паразитирует болезнь не в любой семье, а только там, где ей позволяют на себе паразитировать. Там, где не позволяют — болезнь заканчивается.

Есть такое устойчивое выражение: «Свита играет короля». Вот оно!!! Это выражение очень точно характеризует созависимые отношения. Алкоголизм (наркоманию) играет семья химически зависимого. И как только игра семьи заканчивается — у близкого человека обязательно заканчивается алкоголизм или наркомания.

Алкогольная болезнь совьет гнездо только в той семье, где, с одной стороны, созданы условия для пьянства, а с другой стороны, нет эффективного препятствия пьянству. Можно ли сказать, что до настоящего времени вы эффективно противодействовали пьянству, если он пьет все больше и больше? Нельзя. О том, что значит создавать условия для болезни и как эффективно ей противодействовать, вы узнаете ниже.

Глава 7. Заболеть от любви

О большой слепой любви и ее истинных причинах.

Проблема созависимости изучается в течение 20 лет. За это время накоплен огромный опыт успешного решения проблемы наркомании, алкоголизма через коррекцию таких отношений. Почему бы вам не воспользоваться этим опытом, вместо того чтобы повторять чужие ошибки, расплачиваясь здоровьем близких и своим?

Так что же такое созависимость? Единого определения не существует. Специалисты предлагают разные определения этому состоянию. Вот некоторые из них:

— Созависимость — это отказ от себя.

Созависимость — концентрация внимания на болезни другого, увлеченность болезнью другого человека.

— Созависимый — это тот, кто полностью поглощен тем, чтобы управлять поведением другого человека и совершенно не заботится об удовлетворении своих жизненно важных потребностей.

— Созависимость — это устойчивая личностная дисфункция, связанная с отчуждением, неприятием своих собственных чувств, мыслей, желаний, потребностей, с устойчивой потребностью восполнения своей личности личностью другого человека, с полной зависимостью своего настроения и душевного состояния от настроения и состояния другого.

— Созависимость — это болезненное желание управлять поведением, контролировать жизнь, опекать и воспитывать другого взрослого человека.

Лично мне больше нравится другое определение, определение из одного слова.

— Созависимость — это… любовь.

Да, да. Любовь, которая может быть как со знаком плюс, так и со знаком минус. Если это здоровое чувство, то оно поможет человеку раскрыться как личности, поможет стать еще более здоровым, красивым, успешным. Больше того. Здоровое чувство поможет не только тому, которого любят, но и тому, кто любит. Однако даже такое светлое чувство, как любовь, может приобрести какие-то уродливые формы. Любовь может быть бездумно вредной. Бывает слепая материнская любовь. Бывает любовь, которую трудно перенести. От такой любви можно сильно заболеть и даже погибнуть, что и происходит при созависимости.

Любовь — эмоциональная привязанность. И совершенно нормально, что все мы к кому-то эмоционально привязаны: жена к мужу и муж к жене, мама к сыну и сын к маме. Но в случае созависимости эмоциональная привязанность выражена чрезмерно, преувеличенно и даже болезненно. Давайте представим себе, что кто-то подарил нам свое чувство — любовь в виде воздушного шарика. Это красиво. А если этот шарик увеличить до метра в диаметре? Это очень красиво! Это необыкновенно красиво, но очень неудобно. Куда мы с этим шариком? Он же ни в одни двери не пролезет! А если шарик надуть до размеров вашей комнаты? Как вы себя будете чувствовать? Вы будете страдать и мучиться. Еще бы! Ни вздохнуть, ни повернуться. Это же очень тяжело. А если шарик еще накачать в две атмосферы?.. От такой любви мы все погибнем. Слепая любовь зачастую душит, приводит к формированию болезни и сводит в могилу. Страдает тот, кого любят. Но и любящий страдает не меньше. Как-то была на приеме женщина. А проблемные отношения с алкоголем и у мужа, и у сына. Так вот, она говорит о себе: «Да, я их залюбила». Правильно сказала. Залюбить можно до болезни, залюбить можно до смерти.

Причина этого состояния кроется в детстве. Из-за каких-то дефектов воспитания у созависимого сформировалась низкая самооценка. Частью своей личности созависимый «застрял» в подростковом возрасте. Это подростковость личности. Такой человек забыл дать ответы на главные вопросы подросткового возраста — Кто Я? Для чего Я на этой земле? Как Я должен реализовать свою личность? В чем смысл моей жизни? Когда я на приеме спрашиваю у созависимой мамы пациента: «В чем смысл вашей жизни?», то часто слышу ответ: «Спасти сына». Но, позвольте, это не может быть смыслом жизни. Давайте представим себе, что сын взял да и сам спасся, без помощи мамы. Прошел лечение и живет трезво и счастливо. Это же страшно — мама потеряла смысл жизни. Ей просто незачем жить. Это значит в петлю, в могилу? Поверьте, так и бывает. Такая мама хватается за сердце, начинает сильно болеть и ходить по врачам.

Из-за того, что нет ответов на главные вопросы подросткового возраста, на месте внутреннего «Я», «Я» как личность, формируется слепое пятно, пустота, вакуум. Созависимый не видит себя в жизни. На приеме я спрашиваю у жены алкоголика:

— Хотели бы вы что-то изменить в своей жизни?

— Да, хочу, чтобы муж бросил пить!

— Позвольте, но пить или не пить, бросать или не бросать — это его решения, это его жизнь. А в своей жизни вы хотели бы что-то исправить?

— Да, хочу. Вот муж бросит пить — и у меня все будет хорошо.

Она просто не видит себя в жизни. Она видит только мужа с его алкоголизмом, а потому не может осуществлять свою психическую саморегуляцию самостоятельно, в отрыве от болезни мужа.

Этот дефект личности созависимый пытается восполнить личностью другого человека — того, кто рядом. Личностью сына или мужа. Из-за низкой самооценки, чувствуя свою ущербность, созависимые полагают, что их не могут полюбить просто так, за то, что они есть, и такими, какие они есть. Поэтому они пытаются заслужить или заработать любовь.

Глава 8. Он не способен жить своим умом

О попытках созависимых жить за другого и о том, что из этого получается.

На уровне поведения слепая любовь при созависимости проявляется двумя вариантами: контроль и забота. Заботясь о другом и контролируя другого, созависимый чувствует себя нужным, востребованным, значимым. Не представляя границ своей личности, он позволяет себе бесцеремонно вмешиваться в жизнь другого человека и позволяет болезни вмешиваться в свою жизнь. Но контроль и забота, как и многое другое в случае созависимости, выражены чрезмерно, преувеличенно, гротесково и даже карикатурно.

Контролирующее поведение достигает болезненной выраженности. Созависимая жена или мама пытается все и вся контролировать в жизни близкого. Она отсекает ненужных друзей, которые могут предложить выпивку: «С этими дружи, а с этими не дружи». Делает проверочные звонки на работу: «После работы в пивную не ходи. Сразу домой». Навязывает совместный досуг: «На выходные едем на дачу. А если останешься дома, придут друзья с бутылкой». Пытается единолично распоряжаться семейным бюджетом: «Зарплату мне отдавай, а то ты все деньги пропьешь или потеряешь». Выливает в унитаз найденное спиртное. У нее всегда есть разумное объяснение этим действиям: «Без меня он пропадет, попадет в беду, пропьет деньги, прогуляет работу, уйдет в запой», но, позвольте, выбирать друзей можно ребенку, а здоровенному мужику уже поздно. Проверочные звонки заведомо неэффективны. Он все равно заглянет в пивную. Совместный досуг, конечно же, нужен. Никто не спорит. Но навязывать его не надо. Если вылить водку в унитаз, он займет деньги на новую бутылку, но меньше пить не станет. Он и сам знает, как потратить зарплату: пропить или купить маме лекарства, а детям одежду. Если пропьет — совершит ошибку, а за ошибки придется расплачиваться. Но созависимые не дают близкому человеку права на ошибку. Они считают, что он не имеет права ошибаться. Между тем химически зависимый все равно ошибается, потому что жена и родители стремятся любой ценой расплатиться за его ошибки. Они просто не дают ему почувствовать ошибочность своего выбора. Если бы этого не происходило, то сама жизнь уже давным-давно объяснила бы ему, что такое хорошо, а что такое плохо. Да, он насовершает ошибок, наломает дров, набьет шишек и в конце концов сделает правильный выбор — трезвость. Он же не глупый и способен отличать вредное от полезного. К сожалению, созависимые в это не верят. Они держат его за дурачка. Поэтому ошибки совершает тот, кто пьет, а расплачиваются за него жена и родители.

Невзирая на строгий контроль, алкогольно-зависимый муж (сын) все равно попадает в неприятные ситуации, прогуливает, уходит в запой, пропивает деньги, и все чаще и чаще. Несмотря на очевидную бесполезность и бессмысленность контролирующего поведения, созависимая жена или мама тешит себя мыслью, что ей удалось уберечь близкого от еще более страшных последствий.

Контролирующее поведение становится тотальным. На приеме в психотерапевтическом кабинете созависимую маму легко распознать. Она отвечает за другого. Я задаю вопрос сыну: «Скажите, в каких дозах вы употребляете алкоголь?» А мама говорит: «Да он по бутылке в день выпивает!» Я спрашиваю у сына: «Скажите, сколько у вас алкогольных дней в месяце?» А мама перебивает: «Да он по двадцать дней в месяц пьяный». Она не дает ему рта открыть, и всегда находит «разумные» объяснения этому странному поведению.

— Но как же, доктор? Он же обманет вас. Он же приукрасит, приуменьшит. Он введет вас в заблуждение, и вы не сможете разобраться в его случае.

— Позвольте. Но я же специалист. Я понимаю, что при первой встрече химически зависимый захочет сохранить лицо, выглядеть лучше. Возможно, он в чем-то приуменьшит, возможно, он где-то приукрасит. Да ради Бога! Но я буду задавать вопросы таким способом, что в своих ответах он будет сам себе противоречить. Я не стану уличать его в обмане, но в итоге у меня будет полная картина болезни.

Созависимая жена (или мама) пытается думать за другого, решать за другого, отвечать за другого. По большому счету, она пытается жить за другого! Но это же невозможно. Мы можем прожить только свою жизнь.

Хрестоматийный пример созависимости мы видим в фильме «Бриллиантовая рука». Перед отправкой корабля корреспондент радио задает вопросы туристу: «Скажите, как вас зовут?» Но созависимая жена выхватывает микрофон у мужа: «Семен Семенович Горбунков». Корреспондент опять пытается задать вопрос туристу: «А прежде вы уже бывали за границей?» Но жена опять не дает мужу ответить. Она выхватывает микрофон и отвечает за него: «Мы хотели купить шубу, но решили все-таки вначале съездить за границу». Можно себе представить, какие эмоциональные перегрузки испытывает человек, за которого думает, отвечает, решает жена или мама. Если бы мы проследили эту семью в жизни, то обнаружили бы, что через 5–7 лет у Семена Семеновича Горбункова, очень вероятно, сформировалась бы алкогольная болезнь, если бы жена к тому времени не исправила свое поведение. Собственно, алкоголизм уже начинает формироваться. Мы видим, как общественные интересы (с бутылкой в ресторане «Плакучая ива» или в гостинице) превалируют над интересами семьи, детей. Это и есть та самая созависимость, которая является основным пусковым фактором для болезни, а в дальнейшем не дает ей угаснуть.

Сверхконтроль при созависимости не только неэффективен, а еще и вреден. Сколько бы жена (мама) ни контролировала, а болезнь прогрессирует, утяжеляется, с каждым днем приближается к своему трагическому финалу. При более благоприятном стечении обстоятельств исходит в слабоумие, а при неблагоприятном — химически зависимый попадает в тюрьму, на инвалидную кровать или, что чаще бывает — на кладбище.

Так, значит, не надо контролировать? Что произойдет, если прекратить вредящий контроль? Да, наркоман (алкоголик) наломает дров, насовершает ошибок, надеясь, что жена, родители и дети станут за них расплачиваться. Станут расхлебывать заваренную им кашу. А если не станут? Он набьет себе шишек, ему придется самому расплачиваться за свои ошибки, и жизнь быстро расставит все по своим местам. Сама жизнь быстро объяснит ему, что такое хорошо, а что такое плохо. Сама жизнь поставит его перед выбором — пить или не пить, употреблять наркотики или не употреблять — жить или не жить? Вопрос будет стоять ребром, предельно остро и именно в такой формулировке. Жить-то он хочет и любит. Иначе он давно бы что-то с собой сделал, чтобы не мучить жену, детей и родителей. А раз так, то придется пройти лечение в полном объеме и отказаться от алкоголя и других наркотиков раз и навсегда. Он же сам себе не враг!

Глава 9. Дядя, памперсы не жмут?

Глава о том, как созависимые, полагая, что заботятся о близком, в действительности заботятся только о его болезни.

Другой вариант ошибочного поведения — это забота. Но не просто внимание близкому человеку, а сверхзабота, забота любой ценой, а иногда ценой своего здоровья и даже ценой своей жизни. Забота до самопожертвования! Забота до самоотречения!

Приведу пример. Рассказывает женщина, 79 лет, о сыне. Сыну 52 года, живет в отдельной квартире. Он инвалид II группы, что, впрочем, не мешает ему пить водку. Да и инвалидность себе он заработал многолетним пьянством.

— Я приношу ему сумки с продуктами, выкладываю в холодильник. Я приготовлю покушать, постираю, поглажу белье, наведу ему чистоту, а он приходит пьяным и меня на три буквы посылает.

А заслужил ли он такую заботу? А может быть, маме лучше потратить пенсию себе на лекарства, на отдых? Может быть, ей для себя сделать что-то приятное? Нет, мама думает, что она заботится о сыне. На самом же деле она заботится не о сыне, а о его болезни. Она создает ему условия для пьянства. Не заметила она, что младенца в доме уже давно подменили небритым мужиком с бутылкой или шприцем в кармане. А она все сюсюкает, все гладит по головке, все вытирает сопельки. Не заметила она, когда ее сына подменили болезнью.

Дело в том, что личность химически зависимого раздвоена. В нем как бы два разных человека. Один — добрый, хороший, умный, сильный, внимательный — тот, которого любили и любят. Это здоровая, нормативная часть личности. А второй — это когда он пьяный или непосредственно перед алкогольным эксцессом. В такие моменты он становится черствым, жестоким, эгоистичным и, вообще, в нем просыпается что-то звериное. Это болезненно измененная часть личности — алкогольная субличность. В начале первой стадии хронического алкоголизма преобладает нормативная часть личности. При переходе во вторую стадию болезни эти части равнозначны. К концу второй стадии доминирует алкогольная субличность, а от здоровой части личности остается процентов 20. Однако и этого достаточно, чтобы вернуть человека к трезвой жизни, если преодолеть в себе созависимость. Вот и получается, что эта женщина заботится не о сыне, не о здоровой части личности, а об алкогольной субличности, о болезни.

Другой пример сверхзаботы при созависимости. Рассказывает жена химически зависимого: «В два часа ночи звонит телефон: «Это из милиции. Ваш муж сидит пьяный около рынка и горланит песни на всю улицу. Если вы его не заберете, то мы отправим его ночевать в медвытрезвитель». Если бы у нее не было созависимости, то она ответила бы: «Вы сюда больше не звоните. У меня спят двое маленьких детей. Вы их можете разбудить. Да и самой мне к семи на работу. Мне отдохнуть надо. А мужу нравится ночевать в вытрезвителе — пусть там и ночует. Он взрослый человек, а значит, имеет право совершать ошибки и расплачиваться за них». Но у нее созависимость. Что она делает? Бросает детей в пустой квартире (а если короткое замыкание или еще какое-то ЧП?), берет деньги на такси (не дочери на сандалики, не сыну на игрушки), едет через весь город, забирает мужа, обмывает, укладывает его спать (себя не жалеет). Она думает, что проявила заботу о муже. А вот ничего подобного. Она заботится о болезни! Она создает ему условия для пьянства. Расплачиваясь за ошибки мужа благополучием детей и своим здоровьем, она не дает мужу почувствовать ошибочность его выбора. Конечно, ошибки совершает он, а расплачиваются другие, те, кто рядом.

А что если перестать заботиться о болезни, не создавать ему условий для пьянства? Здоровая часть личности останется один на один с болезнью, и ей станет по-настоящему страшно. Вот тогда-то он и откажется от алкоголя раз и навсегда. Приведу пример. Мама пациента рассказывает: «На нашей улице живут два брата. Пили они очень много. Бросили работу, стали пропивать вещи из дома. Жили на пенсию отца и мамы. Первый не выдержал отец — у него больное сердце. Похоронили отца. Мама всю свою пенсию тратила на сыновей. Пенсии не хватало, так она все лето спину гнула на огороде, чтобы сыновей прокормить. Наконец не выдержала и мама. Братья похоронили маму, прошли специальное противоалкогольное лечение, бросили пить, устроились на работу, и жизнь у них наладилась. И вот я как-то подошла к ним и спрашиваю: «Почему же вы раньше не лечились? Вы же своим пьянством последние годы жизни родителям отравили! Не могли вы раньше одуматься? Почему только когда мамы не стало, вы обратились за лечением?» Один из них мне и отвечает: «Тетя Маша, а нам ведь сейчас надеяться не на кого. Одни мы остались».

Вот оно в чем дело! Закончилась созависимость — к сожалению, со смертью родителей — закончилась алкогольная болезнь у сыновей. А о чем думала мама, когда пенсию тратила не себе и мужу на лекарства, а на сыновей, когда она себя не жалела и на огороде для них трудилась из последних сил? Она думала «Без меня они пропадут. Без меня они дом сожгут или окажутся с бомжами. Без меня они — ноль без палочки. Они же такие слабенькие и глупенькие, что даже прокормить себя не смогут…» Ошибалась мама. Дети всегда умнее своих родителей, и это нормально. Не верила она в то, что вырастила сыновей сильными, умными и хорошими. За свою ошибку ей пришлось заплатить жизнью мужа и своей. Своей слепой любовью она едва не сгубила сыновей. Как это не страшно звучит, но смерть родителей была для детей благом. Только благодаря этому они выжили и вернулись к нормальной жизни. Мама-то думала, что поступает геройски, а на самом деле являлась источником чужих несчастий и болезней.

А теперь давайте представим, что бы произошло, если бы маме хватило здоровья еще десять лет гнуть спину на огороде и тратить пенсию на пьющих сыновей? Напомню, что первая стадия алкоголизма протекает в среднем за пять лет, а вторая столько же, сколько и первая. И до середины второй стадии редко кто доживает… В этом случае ей пришлось бы похоронить своих сыновей. Тут уж кто кого. Если в семье есть созависимость, то или алкоголик (наркоман) доведет жену или родителей до инфаркта, или они сведут его в могилу своими неэффективными и заведомо вредными действиями.

Глава 10. Любимые роли созависимых

Глава о стереотипно-шаблонном поведении и его заведомой неэффективности.

Мышление химически зависимого искажено алкоголем или наркотиками. Он сам себе не рад временами, но он запутался и просто не видит выхода из создавшейся ситуации. Достаточно ему предоставить полную и достоверную информацию о том, что, как и почему с ним происходит (с этой задачей может справиться только специалист), и он, если интеллектуально сохранен, сделает правильные выводы и будет жить трезво.

Но созависимость — это зеркальное отражение химической зависимости. Все признаки, все симптомы болезни находят свое отражение в созависимости. Мышление созависимых искажено не меньше, чем у алкоголика или наркомана. Созависимый тоже запутался, тоже не рад своей жизни и тоже не видит выхода. Он изо всех сил пытается изменить ситуацию, но для решения проблемы он использует один из трех заведомо неэффективных способов. Есть три любимых роли созависимых: роль спасателя, роль праведного преследователя и роль жертвы.

Спасатель — заботится, опекает, спасает и нянчит… кого? Взрослого мужика, который и сам может позаботиться о своей маме, жене или детях… если захочет. А если не захочет, то совершит ошибку, а за ошибки придется расплачиваться. Но созависимые не дают ему это сделать. Ошибки совершает он, а расплачиваются за них жена, родители и дети. Созависимая мама (или жена, которая берет на себя роль мамочки для мужа) говорит: «Ну как же мне о нем не заботиться, ведь он же мой сын. Он же такой слабый и беспомощный. А когда ему было 5 лет, он сильно болел».

Согласен, мама обязана заботиться о сыне, а если лишит его своей заботы, то это будет преступлением… если сыну нет 18 лет. Но если он уже совершеннолетний, то теперь его очередь заботиться о родителях, вернуть свой сыновний долг. Что касается его болезненности, слабости и беспомощности, то куда же они деваются, когда надо найти денег на водку или искать наркотики? Он проявит огромную силу, ясный ум и прекрасную сообразительность в своем стремлении к алкоголю или наркотикам. А значит, ему хватит силы, ума и сообразительности, чтобы прийти в трезвость, если не мешать своей заботой или спасательством.

И ладно бы забота и спасательство были эффективными. Но сколько о нем ни заботятся, сколько его ни спасают, а он с каждым годом пьет все больше, впадает в еще большую зависимость от алкоголя или наркотиков. Почему бы жене или родителям не сделать вывод о неэффективности и даже вредности такой стратегии поведения? А потому что спасают, опекают, нянчат и заботятся они… не для него, а для себя. Это псевдоальтруизм, из-за которого выглядывают длинные уши эгоцентризма. Все это делается, чтобы чувствовать себя нужной и востребованной в этой жизни.

Другая любимая роль созависимых — роль праведного преследователя. Праведный преследователь кричит, ругается, обвиняет, читает нотации, учит жизни, контролирует, воспитывает, уличает в неблаговидных поступках своего мужа или сына. Выливает в раковину алкоголь из найденных пузырьков и бутылок. В запущенных случаях хватается за скалку или за сковородку. По жизни это бескомпромиссный борец с несправедливостью. Праведный преследователь просто упивается своей правильностью и бескомпромиссностью… А где результат такой «воспитательной» работы? А химически зависимому ни жарко ни холодно от криков и ругани. А ему в одно ухо влетело, а в другое вылетело. А он думает: «Собака лает, ветер носит». А он говорит: «Раз ты на меня так кричишь, пойду и назло выпью в два раза больше». Так, значит, эта стратегия тоже неэффективна? Жена или родители годами кричат и ругаются, а он пьет все больше и больше. Значит, не надо кричать и ругаться, надо действовать как-то иначе? Конечно, воспитывать надо было раньше, когда сыну не было 18 лет. А сейчас его надо не воспитывать, а лечить. А если он не хочет лечиться, то самой обратиться к специалисту и безоговорочно выполнить все его рекомендации.

Наконец, третья любимая роль созависимых — роль жертвы. Жертва плачет, ищет сочувствия, жалуется на свою судьбу: «Какая я бедная и несчастная, как мне с ним тяжело, как мне от него достается, какая я угнетенная!» А сама ничего не делает для того, чтобы изменить свою судьбу к лучшему. Пример. Мама сына-алкоголика жалуется: «Мы с сыном живем в двухкомнатной квартире. Он приведет пьяную компанию, а меня на улицу выгоняет. Я все лето провела на лавочке перед подъездом. Мне же весь дом сочувствует». Это роль жертвы. Она ищет сочувствия, а сама палец о палец не хочет ударить, чтобы изменить ситуацию к лучшему.

Я уже говорил, что осознать созависимость — это значит взять ответственность на себя. Можно сказать: «Сын меня материт и выгоняет на улицу». А можно то же самое сказать другими словами: «Это я позволяю сыну ругать меня матом, выгонять меня из квартиры, так ко мне относиться». Так не позволяйте. Казалось бы, чего проще — продать квартиру, разделить имущество. На свою часть денег мама сможет купить отдельное жилье, если не в областном городе, то в районном центре. Ей-то своей пенсии хватит себе на лекарства, на молоко и творожок. А как сын распорядится своей частью денег и имущества — это его дело. Он же не маленький и не дурак. Но, к сожалению, мама в это не верит. Она отвечает: «Он пропьет все и снова придет ко мне жить!»

Да! Именно так все и произойдет… если мама не избавится от созависимости! А теперь давайте представим, как будут развиваться события, если мама преодолела в себе созависимость.

Ну, вообще-то, квартиру чаще пропивают в конце второй стадии болезни. А в этом случае мы имеем дело с началом второй стадии, когда жена уже выгнала из дома, с работы уволили, а вот мама пока еще не отказалась от сына. Однако, бывает, что квартиру пропивают именно на этом отрезке. Если доминирует болезненно измененная часть личности, то, возможно, он продаст квартиру и поедет к маме. Рассуждать он будет приблизительно так: «Вот приеду к маме, она меня примет, и я снова начну паразитировать на ее чувствах. Я снова начну сосать из нее соки». А мама, которая избавилась от созависимости, двери не откроет. Перед дверьми не сын, а его болезнь: «Болезнь в дом не пущу!!!» Через закрытую дверь мама даст хороший совет: «Поезжай в наркологический диспансер, пройди полный курс лечения, потом устройся на работу с общежитием. И если тогда ты захочешь обо мне позаботиться и отблагодарить за все, что я для тебя делала, то я с благодарностью приму твою заботу». Созависимая мама пугается:

— Что вы говорите?! Он не поедет лечиться. Он же начнет двери ко мне в квартиру ломать!

— А вы вызовите милицию и напишите на него заявление по всей форме. На первый раз сыну дадут пятнадцать суток за хулиганство, а на второй раз предупредят: еще одно заявление от мамы — получит два года тюрьмы. Вопрос — станет ли он снова ломать двери при таких действиях мамы? Едва ли. Скорее, он начнет «давить на жалость», станет просить: «Мама, пусти. Я же две ночи в подвале ночевал». А мама, которая избавилась от созависимости, двери не откроет, а через закрытую дверь даст хороший совет: «Поезжай в наркологический диспансер. Там тебе дадут подушку, одеяло и чистую постель». Он снова начнет канючить: «Мама, дай хоть корочку хлеба, я два дня ничего не ел». А мама, которая избавилась от созависимости, через закрытую дверь укажет: «В наркологическом диспансере трехразовое питание, а я приеду тебя навестить, привезу яблоки и груши»!

— Что вы, доктор. Он ни за что не поедет лечиться. Скорее, он с бомжами окажется.

— А вот это ради Бога. Нравится ему на чистой постели с яблоками и грушами в наркологической больнице — пожалуйста. Нравится ему в подвале с бомжами, вшами и крысами, голодным, холодным, в грязи, где его за человека считать не будут, — тоже пожалуйста. Он будет «бомжевать». Но с бомжами окончательно он окажется только на третьей стадии болезни, когда головной мозг, психика будут очень сильно и необратимо разрушены алкоголем. Вначале второй стадии еще нет таких глубоких изменений, и ресурсов для выздоровления у человека вполне достаточно. Ну поживет с бомжами два-три месяца, и ему там сильно не понравится — там нет любви, нет нормальных человеческих отношений. Он же помнит, что еще совсем недавно у него была теплая и чистая постель, его любили и ждали, на кухне были продукты, а сейчас… Всем сердцем он захочет вернуть утраченные блага. Он сделает правильные выводы, пройдет лечение у нарколога, устроится на работу с общежитием, на вторую работу, заработает на отдельное жилье и… начнет помогать маме. Вот что случится, если мама избавится от жалости к болезни, от созависимости! Увы, созависимые в это не верят.

Глава 11. Не заблудиться в трех соснах

Глава о том, что если поступать как угодно иначе, то сыну (мужу) придется расстаться со своей болезнью.

Большая материнская любовь — застит глаза и слепит душу.

Подрался с девочкой — девочка виновата, дразнила сына. Принес тройку — придирается учитель. Начал выпивать — друзья виноваты. Отчислен из училища — с кем не бывает. Развод из-за пьянства — невестка плохая, не хочет понять сына. Уволен с работы — начальник сам пьет еще больше. Пропил квартиру — окрутили жулики. Спустил зарплату — себе в лекарствах откажу, но сына одену, обую. Тащит из дома последнее — все равно его буду кормить, он же мой сын и мне его жалко. Бьет маму головой о стену и отбирает пенсию… спохватывается: «Как же это из моего сына выросло такое чудовище?»

Да, проморгала, проглядела мама, как в организме ее сына поселился паразит — алкогольная болезнь. Первое время болезни для питания хватает его здоровья. Но паразит быстро растет и начинает сосать соки из детей, из жены. Человек быстро деградирует. Останавливается личностный рост, а затем начинается личностное снижение. Одно за другим утрачиваются мужские качества. Он уже не способен любить детей, защитить семью. Наоборот, это от него теперь надо защищать детей и семью. Добытчиком и кормильцем становится жена, а муж добывает только водку и кормит только свою болезнь. Останавливается профессиональный рост, а в дальнейшем теряется работа. Жена выгоняет это опустившееся и ни на что не годное создание, которое считает себя мужиком только на том основании, что оно пьет и курит. Болезнь начинает паразитировать и на родителях. Мама, считавшая, что это невестка плохо влияла на сына, обнаруживает, что и ее «абсолютно правильное» влияние действует на сына ничуть не лучше — он пьет все больше и больше. Если не повезет, то погибнет в скором времени или станет инвалидом. Если ему повезет, и он проживет еще пару-другую лет, то родители от него тоже откажутся, и он пополнит отряд бомжей, собирателей бутылок, макулатуры и цветных металлов. Уровень интеллектуального развития возвращается к уровню маленького ребенка. Сам он не может справиться с болезнью, но жена и родители тоже не предпринимают достаточных мер, ограничиваются какими-то импульсивными, непоследовательными, нерациональными действиями.

А рецепт излечения от этого недуга достаточно прост. Берите своего сынулю с цигаркой (фигурально) за ухо и ведите на прием к врачу. Заставьте его выполнить все назначения, а в случае отказа поставьте его (фигурально) в угол, сходите к врачу и выполните все рекомендации сами.

Но созависимые заблудились в трех соснах. Они иногда годами играют одну и ту же роль, иногда меняют эти роли каждые 5 минут. Вот только играла роль спасателя — убирала разбитую пьяницей посуду, штопала прожженные сигаретой брюки, тут же становится праведным преследователем. Встает в позу «руки в боки», кричит, ругается, обвиняет, воспитывает. Еще через 5 минут становится жертвой, набирает номер телефона мамы или подруги и жалуется на судьбу: «Какая я бедная и несчастная! Почему его мама родила на радость, а меня на страдания?»

Созависимые годами совершают одни и те же ошибки. Они снова и снова наступают на одни и те же грабли. Они не хотят замечать, что в жизни есть много других ролей — добрых, хороших: роль человека, который нежится на солнышке на пляже; роль человека, который тратит на себя, занимается удовлетворением своих потребностей; роль человека, который делает для себя что-то приятное. Они увлеклись болезнью близкого человека и ничего кроме нее не хотят видеть в жизни. Они имеют то, что хотят иметь, и живут той жизнью, которую для себя выбрали. И как бы они ни пытались представить себя жертвой обстоятельств, как бы ни пытались переложить ответственность на другого — он пьет, а я что могу сделать? — все окружающие видят другое. Созависимая сделала себя рабой при болезни сына или мужа и получает то, что заслужила. Но достаточно преодолеть в себе созависимость, и все изменится к лучшему.

А вот пример, как это происходит: На приеме алкогольно-зависимый со своей женой. Я попытался рассказать ей о созависимости, но ее замечания поставили меня в тупик. В своих высказываниях она дополняла и уточняла мой рассказ. То есть, эта женщина была знакома с проблемой созависимости не хуже меня.

— Скажите, а кто вы по профессии? — Я думал, что она работает психологом, психиатром, психотерапевтом или в смежной области. Ее ответ обескуражил меня еще больше.

— Я работаю наладчиком по станкам на машиностроительном заводе.

— Но откуда вы все это знаете. Я покупаю специальную литературу, езжу на курсы усовершенствования, общаюсь с коллегами. А вы?

— А у нас в городе есть врач (как позже выяснилось — психолог). Он тоже ездит на специализации и тоже читает литературу. Он набрал группу по коррекции созависимости, и я уже целый год занимаюсь в этой группе. Собираемся мы один раз в неделю. Первое время, когда мы — жены алкоголиков — соберемся, а врача еще нет, мы делились своими бедами: Мой-то так напился, что у подъезда валялся! А мой надрался и в милицию попал! А мой… Но тут приходил «врач», он хлопал в ладоши и говорил: «Стоп, стоп, стоп. Давайте-ка лучше поговорим о том, что было хорошего в моей жизни за эту неделю». Он научил нас отстраняться от болезни и концентрироваться на себе.

И вот, когда я походила в эту группу четыре месяца, когда я узнала, что такое созависимость и как она проявляется, только тогда я поняла, в чем мои действия были ошибочными.

Мой муж, если напьется, то наутро не может проснуться на работу. Никакой будильник его не разбудит. Раньше я будила его в таких случаях. Я тормошила, поливала водой и чуть ли не пинками отправляла его на работу. А тут я поняла, что все это во вред, что не надо его спасать, не надо заботиться о его болезни. И я не стала его будить. Он опоздал на работу и ко мне с упреками: «Что ты наделала! У меня из-за тебя неприятности!» Но я ему объяснила, что неприятности у него не из-за меня, а из-за водки. Я сказала, что не обязана будить его пьяного и впредь никогда не буду этого делать. Если он не пройдет специального лечения и не откажется от алкоголя, то снова опоздает на работу. Его уволят. И вот тогда я не стану покупать ему сигареты и не буду кормить его. Даже корочки хлеба не дам. И пусть он подумает, сможет ли он устроиться на работу по специальности после увольнения за пьянство в возрасте 46 лет. Муж опять опоздал на работу. Начальник вызвал его на ковер и предупредил: «Еще одно опоздание — за ворота. Желающих занять твое место достаточно». Он испугался и жил трезво семь месяцев.

Но вот он опять сорвался. Но ведь долго не пил — в семье уже нет почвы для болезни. Он сам выяснил по телефону, где и какое лечение, выбрал мой кабинет. А жена сказала: «Хорошо, я готова оказать тебе моральную поддержку. Сегодня я не пойду в бассейн, а провожу тебя к врачу». При таком подходе проблема решается.

Рецепт избавления от созависимости очень прост. Для того чтобы не быть жертвой, не надо брать на себя роль спасателя. Не надо никого спасать! Поверьте, он сам себя может спасти, если захочет. И он сделает это, если вы перестанете создавать условия для пьянства, отстранитесь (не от сына (мужа), а от его болезни) и выдержите достаточную паузу. Принять, что ты созависим, означает расстаться с ролью спасателя, мученика или праведного преследователя, а заодно и с химической зависимостью. Хотите ли вы этого?

Глава 12. Чувства, милые сердцу

Глава о том, почему созависимые не хотят радоваться жизни и быть счастливыми людьми.

Из-за низкой самооценки в чувствах созависимых преобладают негативные: стыд, чувство вины, ненависть, страх и др.

Чего стыдятся созависимые? Многих вещей, но более всего стыдятся проявлений болезни у близкого человека. Вот на приеме жена пациента: «Мне так стыдно. Пьяный муж бегал в одних трусах перед домом. Его все видели!» — «Но вашего стыда здесь нет. Это же не вы бегали в таком виде, а он. Вот пусть ему и будет стыдно».

Мама пациента рассказывает о сыне: «Он назанимает денег на водку у соседей, а я потом хожу и со своей пенсии раздаю долги».

— Но зачем вы это делаете? Вы понимаете, что сами финансируете его пьянство? Вы сами создаете условия для его болезни».

— Как я могу не делать этого? Мне же стыдно перед соседями. Я с ними бок о бок прожила 20 лет.

— Вашего стыда здесь нет. Если вы заняли и не отдали, то вам должно быть стыдно. Но вы не занимали. Вот пусть ему и будет стыдно. Пусть соседи скажут ему все, что о нем думают. Пусть предпримут меры для возврата долга или к тому, чтобы этого больше не повторялось.

Но из-за низкой самооценки у созависимых чрезмерно высокая зависимость от мнения окружающих: «Если мой сын будет валяться пьяный на ступеньках в подъезде, то что обо мне подумают соседи?» Да какая разница, что они там подумают. Они люди разные, а значит, подумают по-разному — один так, другой по-другому. На всех не угодишь. Надо быть собой и радоваться жизни несмотря ни на что. Вы рождены для счастья, так будьте счастливым человеком. Помните, уныние — тяжкий грех. Но созависимые погрязли в этом грехе по самую макушку.

Чувство вины есть у каждого созависимого. В речи созависимых часто присутствует долженствование: «Я должна нести этот крест», «Я должна заботиться о нем. Он же мой сын», «Я должна спасти сына (мужа)». Но всегда, когда созависимый говорит «я должен», он считает, что должен кому-то. Никогда созависимый не скажет, что должен что-то для себя. Из-за низкой самооценки и чувства вины он считает себя недостойным радости и счастья. Когда он тратит на себя или позволяет себе какие-то развлечения, он чувствует вину. А почему бы не сформулировать долженствование иначе: «Я должна заняться удовлетворением своих потребностей», «Я должна радоваться жизни и быть счастливой сегодня и завтра и всегда, несмотря на ошибки и поведение моего сына (мужа)». Но созависимые не могут себе позволить этого. В этом случае придется взять ответственность за происходящее в жизни на свои плечи. В этом случае не удастся оправдать свои собственные неудачи пьянством мужа: «Вот если бы он не пил, мы бы так хорошо жили!» Но кто же вам не дает жить так хорошо, независимо от того, будет он пить или нет? Созависимые сами себе этого не позволяют.

Беседую с родителями моего пациента. Ему 28 лет, два высших образования. Нигде не работает, пьет водку, не женат, живет с родителями: папа — инженер, мама — учительница. Отец заявляет: «У матери точно есть созависимость (у себя он ее пока не замечает). Она приготовит две котлеты. Одну положит мне в тарелку. А другую — в тарелку сына. А сама сидит, пустые макароны кушает. До того избаловала сына, что он даже малого себе сделать не хочет. Кричит из кухни: «Мам, намажь мне бутерброд!» — мама бросает все дела и бежит ухаживать за 28-летним сынулей».

Это и есть чувство вины, проистекающее из низкой самооценки родителей.

Чувство ненависти к близкому появляется у созависимых по мере утяжеления болезни. У жены любовь перерождается в ненависть к мужу при переходе из первой во вторую стадию болезни, когда неизбежно рвутся супружеские отношения. А у мамы любовь переходит в ненависть к середине второй стадии болезни, когда родители обязательно отказываются от сына. Это клиника болезни, это неизбежность, если болезнь не лечить.

От любви до ненависти один шаг, а от большой любви, как это бывает при созависимости, до большой ненависти не шаг, а какие-то миллиметры. Мама пациента рассказывает: «Когда сын приходит домой пьяный, я начинаю кричать:

— Да что б ты сдох, да что б ты помер! — прикрывает рот ладонями. — Как же я могу произносить такие слова? Как они слетают с языка? Это же грех!» А это слепая материнская любовь, которая довела сына до болезни и не дает ей угаснуть, переходит в ненависть.

Но наибольшее и особое место в чувствах созависимых занимает страх. Страх потерять зарплату сына или мужа. Страх потерять квадратные метры жилья, если он пропьет квартиру. Но более всего страх потерять близкого человека. Страх панический, болезненно выраженный и, зачастую, совершенно не обоснованный. Попытаюсь доказать это.

Зарплату химически зависимый потеряет неизбежно, если не будет лечиться. Его обязательно уволят с работы. И надо быть готовой к этому. Да, придется трудно. Но не будет денег на хлеб с маслом, будут деньги на хлеб с солью. Вы-то себя и детей прокормить сможете, вы же здоровы. А вот кормить пьяницу-мужа (сына), уклоняющегося от противоалкогольного лечения, вы не обязаны. Если вы займете именно такую позицию, то для него потерять работу намного страшнее. У него не будет денег не только на водку, но даже на корку хлеба. И тогда ему придется задуматься, а нравится ли ему такая жизнь? А может быть, лучше пройти лечение, бросить пить, вернуться в семью и жить для своих близких?

Жилье при химической зависимости пропивают обычно к концу второй стадии болезни. Третья стадия — это бомжи на вокзале. Надо это предвидеть и постараться переписать квартиру на себя, на детей и близких. Но даже если это не удастся, какой смысл страдать от вещей, которые произойдут неизбежно и независимо от самого строгого контроля с вашей стороны? Ну пусть поживет с бомжами, пусть ударится о самое дно — это даст ему силы оттолкнуться и выплыть на поверхность, вернуться к нормальной жизни. В конце концов, что такое квадратные метры, когда речь идет о самой жизни человека? Жизнь человека неизмеримо дороже любых квартир. Да будет он живым-здоровым, заработает себе отдельное жилье. И не хуже, чем было, а лучше. В то же время, если цепляться за квадратные метры и по этой причине не предпринимать достаточных мер для отрезвления близкого человека, вы в итоге потеряете его и рискуете расплатиться за это здоровьем своим и других членов семьи, а возможно, и жизнью.

Глава 13. У страха глаза велики

Глава о том, почему страх потерять близкого человека выражен панически и совершенно необоснован.

Страх потерять близкого человека выражен панически и совершенно необоснован. «Если я не стану о нем заботиться и контролировать его, если не стану подставлять ручки, когда он падает, то он без меня погибнет». А если вы станете все это делать — он не погибнет? Поверьте, может погибнуть, и с такой же степенью вероятности. Но если созависимые не станут заботиться и контролировать, то, скорее всего, он захочет лечиться, жить трезво и спасется. А если продолжать бездумно заботиться и контролировать, то его гибель неизбежна. В России первая стадия алкоголизма (нелеченые случаи) протекает в среднем за пять лет. У кого-то растянется на десять-двенадцать лет, а у кого-то проскочит за один-два года. А вторая стадия протекает по времени ровно столько, сколько потребовалось на первую. Внимание!!! Независимо от поведения созависимых родителей и жены!!! Скорость течения болезни для данного случая определяется только внутренними, биологическими механизмами болезни, и от поступков жены или мамы не изменится. Будут они водить его за ручку на работу и с работы, выливать водку в унитаз, кричать и контролировать, или уедут в гости к сестре на Камчатку на пять лет — течение болезни химически зависимого не ускорится и не замедлится. Но если в семье нет созависимости, то болезнь быстро угаснет. Большая ошибка созависимых думать, что они способны затормозить течение болезни. Это самообман для того, чтобы оправдать свои заведомо неэффективные действия. Вот если они отстранятся и выдержат достаточную паузу, то химически зависимый, оставшись один на один со своей болезнью, испытает жуткий страх за свою жизнь и захочет лечиться и жить трезво. Ну не может он без поддержки созависимых длительное время содержать свою болезнь! Если же созависимые будут и дальше обманывать себя, то летальный исход неизбежен. На первой стадии алкоголизма погибают обычно от несчастных случаев, а на второй — от сопутствующих внутренних заболеваний. Не то что до третьей, а даже до середины второй стадии редко кто доживает: или на скамью подсудимых, или на инвалидную кровать, или на кладбище — один из трех обязательных исходов. В лучшем случае погибнет сам, в худшем — уведет за собой в могилу еще одну или несколько жизней.

Женщина на приеме спрашивает: «Ну хорошо. Выполню я ваши рекомендации, а он возьмет и повесится. Может такое случиться?» — «Может, но не потому, что вы выполнили рекомендации врача, а потому, что стали их выполнять с большим опозданием и неточно. Вместо того чтобы совместно с врачом обозначить для него пути и способы решения проблемы, а потом применять санкции по отношению к болезни по нарастающей — от легких к более серьезным, вы загнали его в угол и ударили его как обухом по голове самой тяжелой санкцией — полным разрывом отношений. Значит, вы действовали импульсивно, нетерпеливо и без помощи специалиста. А теперь встречный вопрос. Если вы не обратитесь к врачу и не выполните его рекомендаций — он не повесится? Он может сделать это с такой же вероятностью, и вот почему. Риск для жизни при алкогольной болезни и наркомании всегда есть. В начале первой стадии он невелик. К моменту перехода во вторую стадию риск для жизни составляет уже 50 %. То есть человек уже балансирует на грани жизни и смерти. А до третьей стадии вообще редко кто доживает — риск приближается к 100 %. Так вот, риск для жизни при алкоголизме и наркомании зависит только от количества серого вещества, только от того, насколько головной мозг больного разрушен алкоголем или другими наркотиками, а вовсе не от поступков жены и родителей!»

Но потерять близкого для созависимых страшно вдвойне, потому что в этом случае они потеряют человека, личностью которого они себя восполняли. Это значит, они потеряют самих себя. А это действительно страшно, даже если отстраниться нужно только на время, пока он не примет правильного решения — жить трезво! Многие поступки созависимых продиктованы страхом, который является основой развития любой созависимости. Страх столкновения с реальностью, страх быть брошенной, страх, что случится самое худшее, страх потери контроля над жизнью и т. д. Страх сковывает свободу выбора. Мир, в котором живут созависимые, давит на них, неясен им, полон тревожных ожиданий, предчувствий плохого. В таких обстоятельствах они отчаянно пытаются сохранить иллюзию построенного ими мира.

Преодолеть в себе созависимость — это не попадать больше в психологическую зависимость от наркомана или алкоголика. Победить в себе страх разрыва с ним — жизненно необходимо. Если отношения будут разорваны — это не ваш, а его выбор. Вы прерываете отношения не с сыном (мужем), а только с его болезнью. С сыном (мужем) вы восстановите отношения сразу же, как только он пройдет полный курс специального лечения и полностью откажется от алкоголя (наркотиков). А он потом сам поблагодарит вас за ваши действия.

Вот рассказ женщины, преодолевшей в себе созависимость: «Мой сын пьянствовал и не хотел лечиться. Я очень долго не решалась выполнить ваши рекомендации. Я думала, что он затаит на меня злобу, будет меня попрекать всю жизнь. Но в конце концов он меня своим пьянством достал. Я выполнила все ваши рекомендации и заставила его лечиться. Через три года трезвости он ко мне подошел и говорит: «Что же ты, мама, раньше меня не заставляла лечиться? Я же из-за тебя столько лет жизни потерял!»

А ведь он прав!

Глава 14. Отказ от себя как способ легкой жизни

Глава о повышении болевого порога, утрате контроля над своей жизнью и навязчивом поведении созависимых.

Созависимость — это зеркальное отражение алкоголизма или наркомании. Если при химической зависимости возрастает устойчивость организма к алкоголю или наркотику, то при созависимости растет устойчивость к эмоциональной боли. Созависимые переполнены, перегружены негативными эмоциями. По большому счету, жена и родители алкоголика (наркомана) не живут, они болеют. Со временем происходит притупление боли. Созависимые отказываются чувствовать, потому что чувствовать очень больно. Та эмоциональная боль, которую испытывают созависимые, непереносима для любого здорового человека. Ни один здоровый человек такой боли не вынесет. Созависимые тренируют себя в дурном смысле, вплоть до полной анестезии к эмоциональной боли.

Вот женщина на приеме спрашивает: «А вы не слышали, как сын меня сейчас на крыльце ругал матом в три этажа?» Да какая же здоровая мама позволит к себе так относиться и выдержит это? А при созависимости и не такое приходится позволять и выдерживать! Мама алкоголика ищет сочувствия: «Пьяный сын толкнул меня, и я сломала ногу. А он потом смеется — это Бог тебя наказал». Да какая же здоровая мама позволит так с собой обращаться и выдержит это? А при созависимости и не такое приходится выдерживать! Женщина на приеме жалуется: «Пьяный муж раздел меня донага и вытолкал на балкон, а дверь запер. И я два часа в таком виде там торчала». Да какой же здоровый человек такое выдержит? А при созависимости и не такое приходится выдерживать. Только бы он не бросил их, только бы не лишил их возможности заботиться о нем и контролировать его. За это ему можно все простить и все позволить.

Созависимые хотели бы радоваться жизни и быть счастливыми, но предпочитают испытывать одни и те же негативные чувства. Они просто не желают замечать, что божий мир красив, богат и удивителен. У них нет на это времени. Созависимые чрезвычайно заняты другим, «важным», на их взгляд, делом. Все их внимание сосредоточено на проявлениях болезни. Понимая, что муж (сын) не способен контролировать свое поведение, они берут ответственность за его трезвость на себя. Желание удержать мужа (сына) от выпивки становится главной и единственной целью их жизни. Но, пытаясь контролировать его, они перестают контролировать себя.

Созависимые беспочвенно верят, что в состоянии контролировать все. Они пытаются контролировать хаос болезни и вступают в неравную битву с «ветряными мельницами». Чем хаотичнее ситуация дома, тем больше они ее контролируют, ошибочно думая, что могут сдерживать пьянство близкого, контролировать восприятие других через производимое впечатление, им кажется, что окружающие видят их семью такой, какой они ее изображают. Созависимые уверены, что лучше других знают, как должны развиваться события и как должны вести себя другие члены семьи. Они не позволяют другим быть самими собой, а событиям протекать естественным путем. Для контроля над другими созависимые используют разные средства — угрозы, уговоры, принуждение, советы, подчеркивая тем самым беспомощность окружающих — «Муж без меня пропадет». Они пытаются контролировать вещи, которые совершенно не поддаются контролю со стороны — трезвость мужа (сына). Вот сам он свою трезвость может очень легко контролировать — пройдет лечение да и будет жить трезво. А со стороны жены или мамы это не поддается контролю. Огромное количество времени и сил созависимые тратят на призывы жить трезво, отказаться от алкоголя или других наркотиков. Да он и сам себе временами не рад и сам иногда искренне хочет отказаться. Но он запутался и не видит способов решения проблемы. Невозможность достичь цели созависимые расценивают как собственное поражение и утрату смысла жизни. Боясь утратить контроль над ситуацией, созависимые сами попадают под контроль событий или больных химической зависимостью. В бесплодной, ненужной и даже вредной борьбе они растрачивают себя эмоционально, энергетически и физически. Болезнь прогрессирует и сама начинает контролировать жизнь созависимых, распоряжаясь их временем, самочувствием, ресурсами и прочим.

Собственное поведение созависимых вытекает из убежденности, что именно они ответственны за мысли, чувства, поступки других, за их выбор, желания и нужды, за их благополучие и даже за их судьбу. Созависимые берут на себя ответственность за других, но при этом совершенно безответственны в отношении собственного благополучия. А своя-то жизнь идет вкривь и вкось. Созависимые плохо питаются, плохо одеваются, плохо спят, не посещают врача, не удовлетворяют собственных потребностей. Все это дает им основание чувствовать себя нужными и незаменимыми. Взвалив на себя непосильную ношу, созависимые утрачивают контроль над своими чувствами, над своим поведением и над всей своей жизнью.

Поведение созависимых становится навязчивым и определено стремлением к установлению новых деструктивных отношений. Как алкоголик или наркоман стремится любой ценой получить новую дозу алкоголя или наркотиков, так и созависимые стремятся получить новую дозу своего «яда», нездоровых отношений.

Вот рассказ жены алкоголика: «Пьяный муж меня избил. Я обиделась, собрала чемоданы и ушла жить к маме. Проходит три недели. Звонок в дверь. Открываю, а там муж. В зубах у него гвоздика, под мышками два батона колбасы. Он встает на одно колено и говорит: «Прости, я виноват и больше такого не повторится, я вообще бросил пить. Я тебя люблю, жить без тебя не могу, возвращайся ко мне». Я растаяла, собрала вещи и вернулась к нему». Зачем? Он же не проходил противоалкогольного лечения! Понятно, что сам он бросить пить не сможет. Значит, через неделю-две опять уйдет в очередной запой и опять ее изобьет. Так оно и случилось. Она обратилась за помощью специалиста после очередного избиения. Это стремление созависимой получить новую дозу своего «яда».

Вот другой пример. При переходе во вторую стадию болезни супружеские отношения неизбежно рвутся. Созависимая женщина после развода с алкоголиком пытается создать новую семью. Она думает: «Встречу хорошего человека и буду жить как за каменной стеной». А теперь — внимание! — статистика. Бывшие жены алкоголиков в повторном браке в семи случаях из десяти выходят замуж за человека с алкогольной болезнью. Получается, из огня да в полымя. Получается, шило на мыло. Получается, от чего ушла, к тому и пришла. Да и в тех трех случаях из десяти, когда созависимая вышла замуж за трезвого, нужно понаблюдать. Если она не изменит себя, то очень вероятно, что через пять-семь лет у него тоже сформируется алкоголизм.

Такой выбор созависимые делают неосознанно. Это навязчивое стремление получить новую дозу «яда». Казалось бы, какой в этом смысл. Но смысл есть. Из-за низкой самооценки созависимые не чувствуют своей индивидуальной самоценности и значимости. Они считают, что их не могут любить просто так. А раз они не надеются получить позитивного внимания, то стремятся получить хотя бы внимание негативное. Пусть муж ругает меня матом, но ругает именно меня, а не какую-то другую женщину. Пусть он плохо со мной обращается, но этим он уделяет мне хоть какое-то внимание.

Глава 15. С больной головы на другую

Глава о том, как созависимые перекладывают ответственность за свои ошибки на другого и отрицают наличие проблем у себя.

Видя, что все их действия неэффективны, созависимые начинают искать виноватого и перекладывают ответственность за собственные ошибки и неудачи на плечи химически зависимого. Все начинается с формулировки проблемы, как в этом письме мамы алкоголика.

«Мой сын пьет по-страшному. Жить трезво не хочет. От лечения отказывается, т. к. в лечение не верит. Прежде лечили, но его хватало только на короткое время. Жена его выгнала. Живет со мной, нигде не работает. Моя жизнь становится просто невыносимой! Подскажите, что делать?»

Первый порыв — пустить слезу и посочувствовать. Сын — бессовестный. Невестка — негодяйка. Врачи — проходимцы. Судьба — злодейка. Как не пожалеть несчастную маму?..

А если не поддаться первому чувству и взглянуть на эту ситуацию с другой стороны? Речь в письме идет о родном сыне, за судьбу которого отвечает именно мама. Что, если прочитать строки письма, переведенного с неврастенического языка расстроенных эмоций на сухой и бесстрастный язык достоверных фактов и объективности? Что, если прочитать письмо через призму личной материнской ответственности?

Вот что мы услышим в этом случае. В результате моих заведомо недостаточных действий сын спился и опустился. Я и сейчас позволяю моему сыну пить по-страшному. Он не хочет жить трезво, потому что я навожу чистоту в доме, обстирываю его и плачу за квартиру. Он не хочет жить трезво, потому что я состою рабой при его болезни. От лечения он отказывается, так как я на этом не особенно и настаиваю. Попрошу робко и униженно, а как рыкнет, так я снова его начинаю пеленать, нянчить и гладить по головке. Только бы дитятко не кричало, не плакало. Прежде начинали лечить, но я не доводила курс лечения до конца и после первой его рюмки опускала руки, приходила в уныние, отказывалась от дальнейшего сотрудничества с врачом. Не хотела выполнять его рекомендации, так как считала, что я лучше знаю своего сына, что он и сам одумается со временем. А сейчас я хочу, чтобы какой-то кудесник взмахнул волшебной палочной и за пять минут исправил то, что я сотворила за десятилетия. Но пусть он все сделает сам и не требует от меня, чтобы я пальцем пошевелила для сына, чтобы я тоже что-то меняла в своем жизненном укладе.

Прочитаем мы такие откровения, и как-то расхочется сочувствовать этой женщине. А может быть, хватит потакать болезненным пристрастиям сына?! Может быть, стоит ему показать, что материнская любовь бывает не только мягкой, как пуховая перина, но и жесткой, суровой, как нары тюремного карцера?

Вернуть его в нормальную жизнь еще не поздно, если у него осталось хотя бы 20 % психического здоровья, если мама готова строго и безоговорочно выполнить все рекомендации врача, если действительно хочет сделать все возможное для спасения жизни самого близкого человека.

Созависимость — это зеркальное отражение алкоголизма и наркомании. Как при химической зависимости человек отрицает проблему: «Я не алкоголик», «Я не очень много пью», так и созависимые изо всех сил упорно отрицают проблему. Потому что спрятать голову под одеяло, сделать вид, что ничего особенного не происходит, гораздо легче, чем взять ответственность за происходящее в семье на свои плечи и изменить свое поведение, признав собственные ошибки.

Отрицание болезни начинается с самого начала. Семья алкоголика в среднем лишь через 5 лет после появления явных свидетельств его патологического пристрастия признает, что в доме живет алкоголик. Еще два года они тянут с тем, чтобы обратиться за помощью. Но даже когда доходит до лечения у специалиста, созависимые не желают признавать свою роль в картине болезни, свои ошибки и отказываются от сотрудничества с врачом, предпочитая менять врачей как перчатки или плыть по течению. В этом упорном отрицании фактов членами семьи есть своя логика. Созависимые пытаются произвести «нужное» впечатление на окружающих, пытаются сохранить фасад благополучной семьи. При обращении в наркологический кабинет созависимые часто говорят: «Мой муж (сын) не алкоголик, но вы его полечите». — «Зачем же его лечить, если он здоров и у него нет алкоголизма?»

Но даже когда болезнь мужа (сына) становится очевидной для всех окружающих, созависимые продолжают отрицать свою роль в картине этой болезни. На приглашение побывать на лекции о созависимости они отвечают отказом: «Я и так все знаю. Зачем мне идти к врачу, я же не пью? Он пьет, вот вы его и лечите, а я здорова!» Что ж, если вы и так все знаете, то вас можно поздравить — ваш муж (сын) уже живет трезво и счастливо и вы счастливы рядом с ним. Если же не так, если он пьет по-страшному, то вы много чего о себе не знаете, но можете узнать, обратившись к специалисту. А коли вы здоровы, как утверждаете, то почему слезы на глазах, почему ночи бессонные, почему нервы не в порядке, артериальное давление повышено, валидол в кармане? Значит, и вы нездоровы. Значит, и вы нуждаетесь в помощи врача. Но при созависимости нужна помощь не в виде лекарств, а в виде рекомендаций специалиста. Так примите эту помощь, и радость освобождения от порока сторицей возместит все ваши издержки, лишения и траты!

Увы! Созависимые проявляют завидное упорство в отстаивании своих ложных взглядов при встречах с очередным наркологом, защищая, по сути, существующее положение вещей (читайте — болезнь). Другого врача они находят очень легко, но рекомендации специалистов одинаковы. А вот где химически зависимый найдет себе другую жену или маму? При такой позиции созависимых спасти его может только чудо, только редкое стечение обстоятельств: если кризис в его жизни (на работе, в семье, со здоровьем) случится тогда, когда у него еще достаточно ресурсов для выздоровления (головной мозг еще не очень сильно разрушен алкоголем или другими наркотиками), если через кризис он захочет жить трезво всем сердцем, всей душой и если именно в этот момент он получит адекватную медицинскую помощь. К сожалению, такое везение — вещь маловероятная, и погибающих от психоактивных веществ значительно больше.

Глава 16. Пуп земли

Глава о перераспределении внимания, обязанностей, о несимметричных отношениях, о том, как семья делает болезнь своим центром.

Чем больше созависимые пытаются контролировать трезвость мужа (сына), тем больше попадают под контроль болезни. Болезнь становится центром всей семьи. Жизнь всех членов такой семьи подчинена проявлениям болезни. Если он пришел трезвый, у всех праздник, всем хорошо, а если пьяный — крики, скандалы, ругань — всем плохо. Химически зависимый в семье эдакий «пуп земли», эдакая кочка на ровном месте. Все вертится вокруг него.

В здоровой, функциональной семье нет фиксированного центра. Центр смещается от одного члена семьи к другому. Сегодня главное — это проблемы дочери, потом бабушки, потом мои, а потом дойдет очередь и до сына и до мужа. А в дисфункциональной, созависимой семье, болезнь всегда на первом плане. Мысли, чувства, и поступки созависимых подчинены проявлениям болезни.

Происходит перераспределение внимания. Созависимые все меньше и меньше внимания оказывают другим членам семьи, все меньше и меньше внимания оказывают себе, все больше и больше внимания болезни. Вот женщина на приеме рассказывает о сыне. Сыну 27 лет. Нигде не работает, не женат, живет с мамой. Она оплачивает квартиру, кормит его, одевает. Тратит на него все свое здоровье, всю пенсию. Я спрашиваю: «А другие дети у вас есть?» — «Есть. У меня еще дочь». — «Почему же вы дочери столько внимания не окажете, сколько сыну?» — «А у нее и так все хорошо. Дочь у меня ангел. Она диссертацию защитила, деньги зарабатывает. Внучка на одни пятерки в школе учится». — «А почему вы внучке не окажете столько же внимания, сколько сыну? Разве дочь и внучка не нуждаются в вашем внимании? Если вы уделите им столько же внимания, сколько сыну, то у них будет все еще в три раза лучше. Неужели можно вычеркнуть из своей жизни дочь и внучку только на том основании, что у них и так все хорошо? Что же теперь, плюнуть на свою дочь и внучку? Забыть о том, что они есть на свете на том основании, что у них и так все хорошо?! А почему вы не уделите самой себе столько же внимания, как сыну? Неужели вы сами ни в чем не нуждаетесь?» Она поставила крест на самой себе, на дочери и внучке. Она думает, что заботится о сыне… Ничего подобного. Мама заботится не о сыне, а о его болезни. Личность сына раздвоена. В нем два разных человека. Он живет в борьбе с самим собой. С одной стороны, добрый, хороший, но временно ослабленный болезнью — это нормальная часть личности, это и есть «СЫН». С другой стороны, черствый, эгоистичный и злой — это болезненно измененная часть личности, это и есть «БОЛЕЗНЬ», а другими словами — сам дьявол. Эта женщина создает сыну условия для пьянства. Она проявляет заботу только по отношению к «БОЛЕЗНИ». О «СЫНЕ» она не заботится. Она не видит в сыне здоровой части личности, не желает замечать ее. Ее любовь и внимание предназначены только «БОЛЕЗНИ». Она этим живет. Это стало смыслом ее жизни.

В здоровой, функциональной семье отношения всегда симметричные. Сколько внимания уделяет муж жене, столько и жена мужу. Какую заботу проявит сын по отношению к матери, такой же заботой ответит мама сыну. А в созависимой семье отношения становятся несимметричными. Все для химически зависимого, а обратно — никакой отдачи.

Прослушав лекцию о созависимости, мама алкоголика спрашивает совета: «Как мне следует поступить в конкретной ситуации? Я купила сыну в подарок на день рождения туфли за семьсот рублей. Они оказались малы, я сдала их в магазин, и деньги лежат у меня. Приходит сын и говорит: «Я свою зарплату пропил (это он вслух не произносит, но подразумевает). А мне надо за квартиру заплатить. У тебя там деньги лежат, так ты мне их отдай!» Женщина спрашивает: «Так мне надо отдать деньги или не надо? Если я деньги не отдам, то это получается «сверхконтроль», контроль семейного бюджета. А если деньги отдам, он же их пропьет!» Я ответил вопросом на вопрос: «А у вас когда был день рождения?» — «В июне». — «А сын вам что подарил?» — Мама смутилась: «Букетик полевых цветов». — «Ну так и вы ему подарите букетик полевых цветов. А если сын подарил вам пуховую шаль за полторы тысячи рублей, так и вы можете отдарить его туфлями за семьсот».

Преодоление в себе созависимости означает еще и восстановление симметричности отношений. Если сын вспоминает о маме только в день пенсии, чтобы выпросить денег на водку, то и мама может вспомнить о сыне только для того, чтобы дать ему хороший совет, когда он его спросит. Если сын день и ночь только и думает, как бы о маме позаботиться, так и мама ответит ему тем же. Если муж думает только о друзьях с бутылкой, то и жена найдет, чем ей заняться, чтобы тоже радоваться жизни и быть счастливой.

Помимо перераспределения внимания в созависимой семье происходит перераспределение обязанностей. Химически зависимый, по мере утяжеления болезни, начинает складывать с себя обязанности взрослого члена семьи. И эту ношу, из страха потерять близкого человека, взваливает на себя вначале жена, а когда, при переходе во вторую стадию болезни, распадаются супружеские отношения, взваливают на себя престарелые родители. Вот он перестает участвовать в домашних делах, в уборке помещений, так как очень некогда — надо пить водку. А жена или родители взваливают на себя его обязанности. Вот он перестает заниматься хозяйственными проблемами — дачей, садом, огородом. А жена и престарелые родители тут как тут, готовы подставить свои «крепкие» плечи. Вот он перестает заниматься воспитанием своих детей, а жена и родители говорят: «Не беспокойся. Мы сами будем твоих детей растить и воспитывать»… Вот он перестает приносить домой половину заработной платы. А жена и родители успокаивают: «Не волнуйся. Мы сами устроимся на работу и будем семью обеспечивать»… Вот он вообще бросает работу. А жена и родители: «Ничего, мы себя во всем ограничим, себе в последнем откажем, только не лишай нас возможности о тебе заботиться и тебя контролировать». Алкоголик (наркоман) с удовольствием садится им на шею. Он получает жизненные блага, которых не заслужил, которых не заработал. Родные и близкие создали идеальные условия для пьянства или для употребления наркотиков. А что еще ему остается?

Созависимая жена возражает: «А мой муж и так все делает для семьи, когда трезвый». Но тут же выясняется, что трезвым он бывает только 15 дней в месяце и что если бы жил трезво, то мог бы сделать для семьи еще в 5 раз больше.

Глава 17. Как продать душу дьяволу

Глава о компромиссах с болезнью и их последствии.

Есть еще один важный признак созависимости. Называется он «компромисс с дьяволом».

Из страха потерять близкого человека созависимые заключают «компромисс с дьяволом». Совершенно нормально, если взрослые члены семьи идут на компромиссы. В чем-то жена уступит мужу, а в чем-то муж жене. Где-то мама уступит сыну, а где-то сын маме. Это нормально и совершенно естественно. Так, жена моего пациента рассказывала, что она с мужем долго спорили, как проводить ремонт на кухне — наклеить обои или покрасить? Муж утверждал, что если покрасить, то это будет практичней, а жена говорила, что обои — эстетичней. Она настояла, и они поклеили обои. Это вариант нормального, здорового компромисса. А в другой раз в споре — что варить на обед, борщ или солянку, жена согласится с мужем и сварит солянку. Но есть вещи, где компромисс невозможен. Нельзя заключать компромисс с наркотиками, с алкоголем, когда у близкого синдром зависимости, когда болезнь уже сформирована. В этом случае позиция должна быть бескомпромиссной: «Мой муж (сын) это тот, который прошел специальное лечение в полном объеме (как скажет врач) и живет трезво. А тот, который уклоняется от лечения — это не сын (муж), а его «БОЛЕЗНЬ», с ней у меня не будет никаких отношений». К сожалению, созависимые, из боязни потерять близкого человека, начинают сдавать позиции, начинают уступать болезни.

Существуют разные виды компромиссов: гласные и негласные, осознаваемые или неосознаваемые. Но их так же много, как и симптомов химической зависимости. Например: «Ты будешь делать вид, что обещаешь мне бросить пить без лечения, а я буду делать вид, что я тебе верю». Да он уже сто раз обещал, хватит верить, не надо играть в эту бессмысленную и вредную игру, надо действовать. Но созависимые предпочитают другое: «Я не буду предпринимать эффективных мер для твоего отрезвления, я не обращусь к специалисту, а если и обращусь, то не стану выполнять всех его рекомендаций, а ты не будешь указывать мне на мои недостатки».

За компромисс с дьяволом придется платить очень высокую цену. Придется расплачиваться друзьями, работой, здоровьем детей, родителей, своим здоровьем и всей своей жизнью.

Но стоит только родным и близким занять бескомпромиссную позицию по отношению к пьянству или наркотикам, болезнь заканчивается. Иногда такие изменения происходят сразу же и немедленно, иногда спустя какое-то время (чаще в течение 2–3 месяцев, реже до 1 года). Как только прекращается гиперопека со стороны жены или мамы в семье алкоголика (наркомана), и все удобства жизни, предоставляемые ему, прекращаются. Изумленный алкоголик (наркоман) внезапно ощущает жуткий страх за свое существование, и у него впервые начинает формироваться потребность перемениться и жить трезвой жизнью.

Приведу пример, когда такие изменения произошли, хотя и не сразу.

Семья — муж, жена и двое детей-подростков. Проблемные отношения с алкоголем у жены. Муж работает, заботится о детях, а жена пьянствует. Из-за пьянства бросила работу, стала ходить по компаниям, иногда уже и домой не стала приходить на ночь. Муж пытался поговорить с ней и по-хорошему и по-плохому. Убеждал, взывал к совести, советовал, наказывал, но все бесполезно. Наконец его терпение закончилось. Сели они за «круглый стол» всей семьей, и муж говорит ей: «Мы тебя очень любим. У меня не будет другой жены, а у детей другой мамы. Но терпеть твое пьянство мы больше не можем. Делай выбор. Если хочешь жить с нами — пройди лечение и живи трезво. Если выбираешь бутылку — тебе дом в деревне от родителей остался — вот езжай туда и там пьянствуй». Эта женщина выбрала бутылку, уехала в деревню. Шесть месяцев она смогла там продержаться. Было ей очень плохо. Со своими запоями она не могла работать, а значит, не было денег на водку. Пила самогон, аптечные настойки, технический спирт — а это тяжелое похмелье. Зиму прожила на мороженой картошке. Через шесть месяцев в каком-то тряпье, в лохмотьях, она вернулась в город. К мужу побоялась, пришла к свекрови, упала на колени: «Мама, я совершила страшную ошибку, я выбрала не семью, детей, а бутылку. Попросите сына. Пусть он возьмет меня обратно в семью». Свекровь говорит: «Но он же сказал тебе, что вернешься, когда пройдешь лечение». — «Мама, я согласна на любое лечение». Они выбрали мой кабинет. Женщина прошла курс лечения у специалиста и вернулась в семью.

Прежде муж пытался найти компромисс, пытался уговаривать, убеждать… алкогольную субличность. Но с болезнью невозможно договориться. Стоило ему занять бескомпромиссную позицию и выдержать достаточную паузу и, пусть не сразу, пусть спустя шесть месяцев, проснулась здоровая часть личности. Что чувствовали муж и дети эти шесть месяцев? Они чувствовали боль, они переживали за жену, за маму, но уступать болезни не собирались. Результат? Семья воссоединилась и обрела настоящее счастье.

Вопрос: А могла эта женщина погибнуть за эти полгода в деревне?

Ответ: Запросто. Любой из ее запоев мог закончиться трагически.

Встречный вопрос: А если бы муж не занял бескомпромиссной позиции и продолжал упрашивать и уговаривать жену еще полгода, могла ли она за это время погибнуть?

Ответ: Конечно, и с такой же точно степенью вероятности.

Вот и давайте думать, что делать дальше. Уговаривать и убеждать? Но вы уже привели все доводы в пользу трезвости и сказали все, что можно. Или занять понятную и ясную, твердую, бескомпромиссную позицию и, несмотря на душевную боль, выдержать достаточную для решения проблемы паузу в отношениях, пока не проснется здоровая часть личности и не расстанется с болезнью без каких-либо сожалений?

Глава 18. Жизнь во лжи

Глава об иллюзорности сознания, об отсутствии критики к своему состоянию и непереносимости критики со стороны, о безверии и суеверии.

Важный признак созависимости — «семейный секрет». Ближайшие к алкоголику (наркоману) люди бывают ослеплены требованиями личной лояльности и страхом перед общественным осуждением алкоголизма (наркомании). Алкоголик требует не выносить сор из избы. Родные и близкие идут на поводу у болезни, скрывают от окружающих то, что скрыть невозможно. Но выражение «не выносить сор из избы» для этого случая совершенно не подходит. Такой «сор», как алкоголизм и наркоманию, надо не просто выносить, а выметать, выгонять из избы кнутами и палками, в три шеи, выставлять на показ, на всеобщее обсуждение и осуждение.

Как бы не так! Из страха потерять близкого человека, из страха временного разрыва отношений с химически зависимым, созависимые идут на поводу у болезни. Проблема скрывается от окружающих, не обсуждается с родственниками и друзьями, не обсуждается с начальниками на работе мужа (сына), не обсуждается даже с врачом психиатром-наркологом! Пытаясь сохранить фасад благополучной семьи, созависимые начинают лгать. Это жизнь во лжи. Лгать приходится всем и вся. Лгать приходится детям — папа пришел пьяный, потому что на работе устал. Да не поэтому, а потому что болен хроническим алкоголизмом и уклоняется от лечения — скажите честно. Лгать приходится начальнику на работе мужа — он на работу не выйдет, потому что грибами отравился. Да не грибами, а водкой! Скажите честно! Лгать приходится друзьям, родственникам. Наконец, лгать приходится самой себе. Алкоголик обманывает сам себя. Но это еще полбеды. Беда в том, что он обманул и запутал своих родных и близких. Например, он убедил свою жену, что хуже не будет, что со временем он одумается и сможет выпивать помаленьку. Он напустил тумана, объяснив, что его пьянство не сказывается на здоровье детей, жены и родителей. Он спекулирует на чувствах жены и родителей, шантажируя их тем, что если они не будут мириться с его пьянством, то потеряют сына, мужа, кормильца. Он доказал всем, что его лечить бесполезно, и, пока сам не захочет, пить не бросит. Жена и родители начинают обманывать себя в том же. Страдают и мучаются рядом с пьяницей лет пять или семь, принося в жертву свое здоровье и благополучие детей, до тех пор, пока их жизнь не превратиться в настоящий ад, пока она не вскроет обман и не заставит увидеть, что король-то голый.

Но лечить это, потерявшее остатки здоровья и человеческий облик существо, будет уже поздно. Вот тогда-то они и выбросят его на помойку… А пока сознание созависимых иллюзорно. Они живут в мире иллюзий (как и алкоголики). Они видят только то, что хотят видеть, слышат только то, что хотят слышать. Их представление о происходящем далеко от реальности. Созависимые не могут мыслить здраво, рассудительно, т. е. трезво. Годами они, как загипнотизированные, повторяют одни и те же ошибки и никак не могут сделать правильных выводов. Годами они наступают на одни и те же грабли. Вспомните — три любимых роли созависимых: роль спасателя, роль праведного преследователя и роль жертвы — вместо того, чтобы радоваться жизни, быть счастливыми, заниматься удовлетворением своих потребностей, своим личностным ростом.

Между тем способ решения проблемы очень прост. Достаточно созависимым обратиться в любую семью, где нет алкоголизма и наркомании и спросить, как бы они поступили на их месте. И они услышат те же самые рекомендации, что и у врача. Может быть, в других, более крепких выражениях, может быть коротко, в двух словах, но те же самые. Женщина на приеме говорит: «Хорошо им советовать, но они же не были на моем месте». Так вот, они не были на вашем месте именно потому, что они мыслят и поступают по-другому, не так, как вы, а здраво, реально и правильно.

Мама пациента рассказывает: «Все ваши рекомендации мне уже знакомы. Точно так же мне советуют поступить по отношению к сыну мой муж и моя дочь. Но я так не делаю, потому что мне жалко сына». А отцу сына не жалко? А сестре брата не жалко? А врач тоже садист? Получается, что все кругом жестокие и бессердечные люди, а одна мама жалостливая? В русском языке слова жалеть и любить — близкие по смыслу. Это почти синонимы, а раньше они и были синонимы. Не говорили: «Она его любит». Говорили: «Она его жалеет». Это и есть та самая большая любовь, которая называется — созависимость, которая привела к болезни у сына и теперь не дает ей угаснуть. На самом-то деле мама жалеет не сына, а его болезнь. К сыну, к его здоровой части личности, а так же к дочери, к мужу, да и к себе самой она жалости не проявляет. Совсем запуталась и ослепла от своей большой любви.

В запущенных случаях доходит до абсурда. Поведение созависимых становится похожим на поведение психически больного человека. Приведу пример. На приеме мама наркомана: «Мой сын по подвалам с друзьями колется наркотиками. Они же там один шприц по кругу пускают. Они же друг друга СПИДом или гепатитом заразят. Да там же будет милицейская облава, и его в тюрьму посадят. Чтобы сына оградить от этих страшных последствий, я ему сказала — приводи свою компанию к нам домой и колитесь у нас дома. Сейчас сын приводит домой наркоманов. На кухне они варят наркотики. А я сбегаю в аптеку, принесу разовые шприцы, раздам, и они колются под моим контролем». Это поведение психически нездорового человека. Конечно, все это мама делает из благих побуждений. Но она сама не видит, что своими руками заталкивает сына в могилу. То же самое бывает в семье алкоголика, когда жена или мама бегают для него в магазин за пивом или водкой. Результаты такого поведения предсказать нетрудно. Болезнь будет прогрессировать. В лучшем случае он погибнет сам, в худшем — уведет за собой в могилу еще одну или несколько жизней.

Прогноз для такой семьи тоже неблагоприятный. Жизнь во лжи ведет к изоляции и деградации семьи, а в итоге — к распаду семьи.

Из-за низкой самооценки созависимые могут постоянно критиковать себя, но не переносят, когда их критикуют другие. В этом случае они становятся самоуверенными, негодующими, гневными. Созависимый — это «неверующий Фома». Он не верит никому и ничему. Созависимые мамы не верят в то, что вырастили сына умным, сильным и хорошим, не верят в то, что он и сам, без помощи мамочки, способен справиться не только со своей болезнью, но и вообще с любыми трудностями в жизни. Созависимые не верят родственникам и друзьям, которые советуют поступить так же, как рекомендует и врач, не верят специалисту. Когда речь идет о способах решения проблемы, появляется апломб и самоуверенность: «Это не поможет», «Я так уже пробовала», «От этого будет еще хуже», «Я его лучше знаю». Созависимые не верят самим себе, не верят своим здравым импульсам, не верят в то, что способны изменить ситуацию к лучшему.

По большому счету, созависимые не верят в Бога. Поверить в Бога означает принять смирение, смириться с тем, что есть вещи, которые мы не можем изменить. Если я не могу заставить мужа (сына) жить трезво, то могу отстраниться и молиться о его здоровье. А Бог поможет ему справиться с болезнью. Поверить в Бога означает довериться божьему провидению. Бог любит всех нас и моего сына (мужа) любит не меньше, чем меня. Значит, Бог поможет ему, совместно с врачом, справиться с болезнью. Не я буду заботится о муже (сыне), а Бог о нем позаботится. Не я спасу мужа (сына), а Бог его спасет. А я буду молиться за его здоровье… но не больше!!!

С другой стороны, патологическое смирение и бездействие созависимых, когда становится совсем невмоготу, могут сменяться экстремальными действиями и суеверием. Они спохватываются и начинают «лечить по фотографии», обращаться к колдунам, знахарям, подсыпают в кашу заговоренные травки, предлагают выпить «заряженную» воду или водку. Но болезнь прогрессирует, и экстремальные действия снова сменяются бездействием созависимых. Они предпочитают плыть по течению, терпеть и ждать, когда все само по себе «рассосется», вместо того чтобы изменить себя и свое отношение к этой проблеме и получить результат — трезвость — в намеченные совместно с врачом сроки.

Расписание
Подъем, утренние процедуры 07.30 – 09.00
Завтрак 09.00 – 09.30
Перерыв 09.30 – 09.45
Групповая психотерапия 09.45 – 10.45
Перерыв 10.45 – 11.00
Работа с социальным педагогом 11.00 – 12.30
Перерыв 12.45 – 13.00
Арт-терапия 13.00 – 14.00
Обед 14.00 – 14.30
Личное время 14.30 – 16.00
Полдник 16.10 – 16.30
Терапевтическая группа / Индивидуальные консультации 16.30 – 18.00
Кинезиотерапия (спорт) / Личное время 18.00 – 20.00
Ужин 20.00 –20.30
Перерыв 20.30 – 20.45
Анализ  дня 20.45 – 22.15
Подготовка  ко сну, сон. 22.15 – 23.00

 

 

Реабилитация и социальная адаптация

Поскольку проблема зависимости, как алкогольной, так и наркотической, глубока и многогранна, она требует комплексного подхода и серьезного отношения. Реабилитация (от re-ability) т.е. возвращение возможности, способности трезвой жизни и интеграции в общество. Реабилитационный процесс помогает человеку найти отправную точку в движении вверх, дает новый старт в жизни. Часто человек оказавшийся в данной проблеме, уже не видит из нее выхода, не верит в то, что можно что-то исправить. Посмотрев на разрушенные семейные отношения, потерянную работу, загубленное здоровье и постоянные проблемы с финансами, наркоман опускает руки, считая, что возможности восстановить эти сферы у него нет, проблем слишком много, а сил слишком мало.

Комплексный профессиональный подход к вопросу лечения наркомании помогает не только сдержать употребление на какое-то время, чтобы после периода ремиссии наркоман еще глубже увяз в употреблении, а выявляет и помогает в решении тех вопросов, комплексов и недоработок, которые мешают человеку счастливо жить в трезвости. Каждого отдельного зависимого в реабилитационный центр приводят свои собственные мотивы, у каждого своя история употребления, но все они до боли схожи, несмотря на индивидуальность и уникальность каждого отдельно взятого резидента. Профессиональная либо личностная нереализованность, криминальное окружение, непонимание близких, комплексы, страхи, неуверенность в себе, замкнутость, проблемы в общении с коллективом — проблем и дефектов характера, на почве которых расцветает зависимость, масса. Очень важно понять весь комплекс мотивов и предпосылок употребления, чтобы помочь наркоману выйти из «порочного круга» и не просто научить его каждый день «терпеть» свою трезвость, мечтая об алкоголе либо наркотиках, а помочь ему наслаждаться качественной трезвостью как нормой жизни.

Реабилитационный процесс разделяется на несколько этапов:

  1. Диагностика и адаптация

Длится около 14-ти дней. На этом этапе резидент центра, при помощи персонала центра справляется с абстинентным синдромом, выявляется какое именно вещество и в каких количествах употреблялось, стадия зависимости человека (легкая, средняя либо тяжелая), стаж употребления и т. д. Все это помогает создать мнение об истории болезни пациента и наметить основные направления работы.

В свою очередь, зависимый в это время приходит в себя, начинает возвращаться сон и аппетит. За первые две недели новый участник программы разбирается в правилах центра и основных направлениях деятельности, знакомится с коллективом.

На первом этапе очень важно оградить зависимого от наркотика, т. к. желание употребить чтобы снять состояние абстинентного синдрома и «ломки» может быть на столько сильным, что затмит здравый смысл и мечты о трезвости.

  1. Мотивация

После пережитого выхода из абстинентного синдрома нормализуются основные физические показатели. Возникает меньше скачков настроения, человек «приходит в себя», возвращается логичность и последовательность мышления.

Очень важно помочь на этом этапе разобраться человеку для чего ему нужна трезвость. Чтобы выздоровление не стало навязанным извне чужим желанием, а исходило изнутри, осознанно и самостоятельно. Ведь заставить человека быть счастливым невозможно, можно лишь показать ему как этого можно добиться и поддержать его на пути к трезвости.

  1. Психокоррекция

На более длительном сроке трезвости (хотя точного времени назвать нельзя, т.к. реабилитационные процессы протекают у всех индивидуально) проходит работа с психологами и консультантами центра, направленная на развитие личности и проработку комплексов. Проводятся такие программы как : «12 шагов», «Самодисциплина», «Биохимия зависимости», «Развитие личности», спортивные мероприятия, арт-терапия и многое другое.

Этот этап помогает в формировании новых привычек и навыков, которые должны вытеснить предыдущую деструктивную модель поведения. Привить привычку жить по режиму, заниматься спортом, следить за внешним видом, уметь структурировать свое время и мысли.

  1. Социальная адаптация

Заключительный этап, момент обратной интеграции в общество. Очень серьезный и ответственный момент. Если до этого зависимый находится в условиях, где употребление невозможно, где следят за его эмоциональными скачками и помогают справляться с кризисными ситуациями, то теперь он заново самостоятельно учится решать свои проблемы и брать на себя ответственность за собственную жизнь.

Этот этап требует отдельного тщательного рассмотрения и серьезной подготовки. Еще находясь в центре, реабилитант занимается написанием работ по профилактике срыва, поведении в кризисных ситуациях, тщательно рассматриваются потенциально опасные ситуации и разрабатываются пути выхода из них.

Часто для бывшего реабилитанта сложно возвращаться к старой жизни, в которой сформировалось пагубное пристрастие. И если перестать общаться с бывшими соупотребителями или уволиться с работы, которая провоцирует употребление, еще можно, то оградить себя от сложностей в общении с близкими сложно. Накопленный ворох обид и недовольства нужно уметь правильно и конструктивно разбирать, исправлять совершенные ошибки, признавать свою неправоту, идти на контакт.

Процесс социальной адаптации протекает не за один день. Важна поэтапность и постепенность. Чем больше срок трезвости, тем большее количество мероприятий резидент центра может посетить. Начинается все с совместных мероприятий в микросоциуме группы, таких как традиционные для реабилитационного центра «Вертикаль» пикники, посещение банного комплекса, игры в командные виды спорта, где постепенно вырабатывается умение взаимодействовать с другими людьми. Коллективные занятия в группе позволяют учиться высказываться, быть внимательным по отношению к окружающим, воспринимать как комплименты, так и критику.

После этого организуются совместные выезды на прыжки с парашютом, речные прогулки на байдарках, посещение театров, кинотеатров, зоопарка и т.д. Очень важно соблюдать постепенность реинтеграции в социум. Это поможет в том, чтобы, пройдя путь реабилитации и придя к позитивным результатам, не вернуться к прошлой модели поведения.

Для этого разработан перечень рекомендаций поддержания трезвости, включающий в себя посещение групп Анонимных алкоголиков, работу со «спонсором», избегание общения с употребляющими людьми, мест и ситуаций, которые провоцируют употребление и многое другое.

Наш реабилитационный центр помогает не только разобраться в проблемах предыдущей жизни, но и дает возможность реализации в будущем. Многих зависимых употребление наркотиков привело к потерям работы, исключениям из института, общему ощущению отсутствия перспектив в жизни. Для людей, которые ищут возможность дальнейшей профессиональной реализации открывается множество возможностей. Еще будучи участником программы реабилитации наш клиент имеет возможность пройти курсы повышения квалификации с последующим трудоустройством, заняться волонтерской деятельностью, либо, самому, пройдя реабилитацию, остаться сотрудничать с центром, укрепляя собственные позиции трезвости и помогая другим зависимым обрести трезвость и радость жизни.

http://rebcentr.com.ua/

Сколько нужно лечиться от зависимости?

Как алкогольная, так и наркотическая зависимость — заболевания комплексные и серьезные. Схема лечения и сроки зависят от множества факторов. Ключевым является желание самого пациента научиться жить трезво, признаёт ли он свою проблему и готов ли работать над ее решением. Часто, люди страдающие зависимостью, используют отрицание как защитный психологический механизм. Проще делать вид, что все в порядке, ведь тогда не придется брать на себя ответственность за выздоровление, признавать ошибки и прилагать огромные усилия в работе над собой. После того, как больной осознанно принял решение, что дальше так продолжаться не может, что проблема действительно есть и ее необходимо срочно решать — наступает основная работа.

Каждый отдельный случай уникален и невозможно сказать со сто процентной уверенностью, что через фиксированный срок наступит выздоровление. Обучение жить в трезвости не школьный или университетский курс дисциплин, нельзя просто разобравшись с теорией того, что представляет собой зависимость, раз и навсегда стать трезвым. Здесь необходима многофакторная психодиагностика, работа по развитию личности, проработке дефектов характера, ведущих к употреблению, обучение навыкам самодисциплины и другие занятия ,ведущие не просто к внешним улучшениям, но к глубинному формированию умения жить трезво и счастливо. Существуют, однако, определенные закономерности в выздоровлении. Чем тяжелее стадия зависимости, чем дольше она формировалась, тем сложнее и дольше работа по ее преодолению.

В среднем программу лечения можно разделить на несколько блоков:

  1. Детоксикация, выведение из организма ядов распада алкоголя или снятие наркотической абстиненции – от 7 дней до 14.
  2. Лечение зависимости легкой степени — до 28 дней. За этот период организм восстанавливается после употребления, нормализуются основные физические показатели. Возвращается сон и аппетит.
  3. Лечение средней стадии зависимости — до 90 дней.  За это время полностью меняется химия организма, формируется рефлекс трезвой жизни на уровне привычки. Прорабатываются личностные проблемы, мешающие человеку наслаждаться жизнью без допинга.
  4. Лечение тяжелой стадии зависимости – от 6 до 9 месяцев. Обычно к этому моменту пациент перепробовал множество способов лечения, которые не дали желаемого результата. В свое выздоровление он уже не верит из-за неудач прошлых попыток лечения. Жизни в трезвости он просто не представляет.

Все эти градации довольно условны, и для точного определения срока необходима личная беседа, по результатам которой можно выявить основные направления лечения и сроки. На какой стадии зависимости Вы бы не оказались – мы Вам обязательно поможем. Вместе мы придём к здоровой и полноценной жизни!

Список вещей которые необходимо иметь с собой

Банные принадлежности:

-Шампунь, Гель для душа, мочалка, бритвенные принадлежности (мальчикам), женская гигиена (девочкам), ножнички, ватные палочки

Одежда,обувь:

Спортивный костюм, Кроссовки, Футболки (несколько штук), Носки (несколько пар), Трусы (несколько пар), Резиновые тапочки, 2-3 смены одежды, Теплые вещи (по сезону зимние или осенние), Постельное белье, полотенце.

Хранение и сбыт наркотических средств

Преступления в сфере незаконного оборота наркотиков последние годы уверенно занимают второе место по распространённости в Украине среди всех видов преступлений (в частности, исходя из статистики по количеству осужденных лиц). Более «популярны» только преступления против собственности.

Больше 12 000 человек ежегодно признаются виновным в совершении преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков. Львиная доля преступлений этого вида составляют действия по изготовлению, приобретению и хранению наркотических средств и психотропных веществ без цели сбыта.

За какие действия с наркотическими средствами и психотропными веществами наступает ответственность и наказание?

Статья 309 Уголовного кодекса Украины предусматривает ответственность за следующие незаконные действия с наркотиками и психотропами, если они были осуществлены без цели сбыта:

1) производство (действия по изготовлению с использованием специального оборудования, механизмов, устройств, предусматривающих возможность их осуществления в систематическом, постоянном, промышленном порядке);

2) изготовление (любые действия, в результате которых получается наркотик или психотроп – переработка, смешивание, сушка, отделение маковой соломы или листьев от конопли, получение опия из мака, рафинирование, экстракция и т.д.);

3) приобретение (любые действия, после которых лицо получает наркотик или психотроп: покупка, нахождение, получение в результате обмена, подарка или оплаты и т.п.);

4) хранение (пребывание наркотических средств или психотропных веществ во владении лица независимо от продолжительности такого пребывания: держание при себе в руках, одежде или сумке, а также хранение дома, в гараже, в другом помещении или хранилище);

5) перевозка (перемещение наркотиков из одной географической точки в другую в пределах территории Украины с использованием любого вида транспорта: поезда, автомобиля, автобуса, самолета, общественного транспорта и т.д.);

6) пересылка (перемещение наркотиков в пределах Украины путем отправки по почте, в качестве багажа, с использованием курьерских служб).

За указанные выше действия, но осуществленные с целью сбыта (к которому относится не только продажа, а и, например, бесплатная передача (подарок) другому лицу), ответственность предусмотрена другой статьей Уголовного кодекса Украины (ст.307). Наказание за такие действия значительно более суровое.

Отдельно следует отметить, что Уголовным кодексом Украины предусмотрена ответственность не только за хранение или сбыт, но и за другие действия, связанные с незаконным оборотом указанных веществ: контрабанду; кражу; посев или выращивание снотворного мака или конопли в определенном количестве; незаконные действия с прекурсорами; незаконное введение в организм другого человека; склонение к употреблению; публичное употребление; организацию или содержание мест для незаконного употребления или изготовления и т.д. (ст.ст.305-322 УК).

За какие наркотики или психотропные вещества предусмотрена ответственность и наказание?

Уголовная ответственность предусмотрена за оборот:

1) наркотических средств (например, каннабис (измельченная конопля, марихуана), героин, кокаин, опий, маковая соломка, трамадол, метадон и т.п.);

2) психотропных веществ (например, ЛСД, мескалин, метамфетамин, фен, другие амфетамины и т.д.);

3) аналогов наркотических средств и психотропных веществ (имеются в виду запрещенные вещества природного или синтетического происхождения, не включенные в перечень наркотических средств и психотропных веществ, однако свойства которых сходны свойствам последних).

Понятие указанных веществ в общей форме описаны в Законе Украины «Об обороте в Украине наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов и прекурсоров». Полный перечень запрещенных наркотиков и психотропов утвержден постановлением Кабинета Министров Украины №770 от 06.05.2000 г.

В каждом конкретном случае для определения является ли изъятое вещество наркотическим средством или психотропом назначается и проводится соответствующая экспертиза.

За какой размер (вес, объем) наркотиков или психотропных веществ предусмотрена ответственность и наказание?

Уголовная ответственность за действия с наркотиками и психотропами наступает только в случае, когда их размер превышает определенное значение (то есть больше, чем «небольшой размер»).

Для различных веществ эти размеры являются индивидуальными и они определяются в соответствии с таблицами, утвержденными приказом Министерства здравоохранения Украины №188 от 01.08.2000 г. (для психотропов, для наркотиков).

Например, небольшим размером (т.е. случаем, когда уголовная ответственность не наступает) для следующих веществ являются:

  • каннабис (марихуана) — до 5 грамм,
  • героин — до 0,005 грамма,
  • опий ацетилированный — до 0,005 грамма,
  • кокаин — до 0,02 грамма,
  • маковая соломка — до 50 грамм,
  • ЛСД — до 0,00001 грамма,
  • метамфетамин (первитин) — до 0,15 грамма,
  • «экстэзи» (МДМА или 3,4-метилендиоксиметамфетамин) — до 0,15 грамма.

Следует иметь в виду, что размеры наркотических средств растительного происхождения, и веществ изготовленных в виде вытяжек, экстрактов, отваров или других жидкостей, определяются в пересчете на сухое вещество (то есть имеет значение не общий объём жидкости, а сколько в этой жидкости наркотического вещества). Определение размера осуществляется во время проведения экспертизы.

Если же размер изъятого наркотика или психотропа не превышает определенного в указанных таблицах значения «небольшого размера», соответствующие действия не являются преступлением, а квалифицируются как административное правонарушение, за которое наступает административная ответственность, предусмотренная ст.44 Кодекса Украины об административных правонарушениях.

Какое наказание за изготовление, покупку и хранение наркотиков или психотропных веществ?

Если имели место хранение и другие действия без цели сбыта в отношении наркотиков или психотропов в небольшом размере наступаетадминистративная ответственность, которая предусматривает наложение штрафа от 340 до 425 гривен (20-25 необлагаемых минимумов доходов граждан), общественные работы от 20 до 60 часов или административный арест на срок до 15 суток.

В случае же привлечения к уголовной ответственности за такие действия может быть назначено наказание от штрафа в размере 850 – 1700 гривен (50-100 необлагаемых минимумов доходов граждан) до лишения свободы на 3 года.

Частями второй и третьей статьи 309 УК Украины предусмотрены более суровые наказания за такие действия (вплоть до 5 и 8 лет лишения свободы соответственно), если они были осуществлены: повторно; по предварительному сговору группой лиц; лицом, ранее совершившим преступление, связанное с незаконным оборотом наркотиков; если предметом таких действий были вещества в больших размерах, а также, если такие действия были совершены с привлечением несовершеннолетнего или если предметом таких действий были вещества в особо крупных размерах.

Крупный и особо крупный размер наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов определяется согласно указанным выше таблицами, утверждены приказом Минздрава (например, для каннабиса (измельченная конопля или марихуана) крупным размером считается размер от 0,5 до 2,5 кг., а особо крупным – более 2,5 кг.).

Как к уголовной, так и к административной ответственности за указанные действия может быть привлечено лицо, которому исполнилось 16 лет.

Следует отметить, что законодательством предусмотрены случаи, когда лицо может быть освобождено от ответственности за действия с наркотиками, которые не преследовали цели сбыта. Так, в соответствии с ч.2 ст.44 КоАП Украины лицо, добровольно сдавшее наркотические средства или психотропные вещества, которые были у него в небольших размерах, освобождается от административной ответственности. Согласно ч.4 ст.309 УК Украины лицо, добровольно обратившееся в лечебное учреждение и начавшее лечения от наркомании, освобождается от уголовной ответственности за действия, которые касаются незаконного оборота наркотиков без цели сбыта и не обременены дополнительными квалифицирующими признаками (то есть за действия, предусмотренные ч.1 ст.309).

Что делать если муж пьет?

Очень многие женщины в нашей стране знают, что счастливой семейной жизни с мужем-алкоголиком не бывает. Жизнь меряется отрезками запой-трезвость-запой. Самое парадоксальное в этом всем, что самому мужу кажется, что все в порядке. «И на работу хожу, и деньги зарабатываю, и семья есть». Он не замечает, что на работе начинают понимать, что человек выпивает, зарплата практически вся уходит на гулянки, а с семьей своей он по-человечески не общался очень долго. У него все хорошо. Ну, любит выпить, так ведь, он не один такой, у нас вся страна такая… Это типичные оправдания, которые находит для себя зависимый, чтобы продолжать пить и не сталкиваться с неприятной стороной реальности.

У многих жен возникает ложное чувство стыда за поведение своего супруга. Он пришел пьяный, устроил скандал, ударил – а выйти на улицу с подбитым глазом стыдно ей. Помимо критичных ситуаций вроде описанной выше, жена алкоголика каждый день сталкивается с чувствами стыда, страха и безысходности. Тяжело оставаться с этой проблемой один на один. Не всегда хочется делиться такими деликатными вещами с окружающими. А как самостоятельно разобраться с этой проблемой не понятно.

Так все и продолжает тянуться: обещание больше никогда не пить, после буйной попойки, кратковременная ремиссия с попытками что-то наладить в жизни и новые запои. В результате всего этого личность близкого настолько меняется, что он уже становится мало похож на того человека, за которого Вы выходили замуж. Радостные воспоминания о начале отношений, о любви и заботе, которые были между вами, кажутся историей из чьей-то чужой, счастливой жизни.

Что же делать? Иногда может показаться, что все способы уже перепробованы. Если ничего не сработало, то может быть уже слишком поздно что-то менять. Специалисты нашего центра уверенно заявляют: «Ты жив, а значит все еще не поздно!». Вам нужны для выздоровления две ключевые вещи: желание и инструменты борьбы с зависимостью. После этого можно переходить к действиям.

Первым делом, необходимо дождаться момента максимальной трезвости супруга и вывести его на серьезный разговор. Без лишних обвинений и попытки унизить близкого донести до него всю серьезность проблемы, апеллируя фактами, а не эмоциями. Необходимо, чтобы он самостоятельно осознал проблему и захотел ее решить. Если личного разговора недостаточно, можно собрать семейный совет, привлечь сестер или братьев зависимого, его родителей. Для такого рода собраний даже есть свой термин – интервенция. Это открытый разговор на острую тему, призванный мотивировать страдающего алкогольной зависимостью человека к принятию мер по выздоровлению. Бывает так, что от родственников воспринимать информацию алкоголик не готов. В подобных случаях наркологический реабилитационный центр «Вертикаль» предлагает такую услугу, как выезд нарколога на дом. Квалифицированные специалисты помогут убедить зависимого в необходимости лечения.

Далее предлагается разработать индивидуальный план лечения, который будет варьироваться в зависимости от стадии зависимости и от поставленных задач. Кто-то хочет просто выйти из запоя, кто-то хочет навсегда избавиться от пристрастия к алкоголю.

Каким бы ни был запрос, мы поможем в его исполнении.